Еще темнее

– Анастейша, дай мне скорее попробовать его.

Она отрезает нам по ломтику и подает мне на тарелочке вместе с вилкой.

Вот, пожалуйста.

Вкус божественный. Глазурь сладкая, бисквит влажный, а начинка… Мммм…

– Вот почему я хочу на тебе жениться.

Она хихикает – кажется, с облегчением – и смотрит, как я поглощаю мою порцию.

Ана тихо сидит рядом со мной. Мы едем в Бельвью к моим родителям. Она смотрит в окно, но иногда поглядывает на меня. Она выглядит изумительно, ей к лицу изумрудно-зеленый цвет.

Дорога сегодня вечером свободна, и «R8» быстро мчится по «Мосту 520».

– Сегодня днем я обнаружила на банковской карточке лишние пятьдесят тысяч долларов.

– И что?

– Ты не…

– Ана, ты согласилась стать моей женой. Пожалуйста. Давай не будем спорить из-за этого.

Она тяжело вздыхает и какое-то время молчит, когда мы едем над розовыми и темными водами озера Вашингтон.

– Ладно, – говорит она. – Спасибо.

– Я от всего сердца. – Я с облегчением вздыхаю.

Вот видишь, Ана, это было не так трудно, пра-вда?

В понедельник я разберусь с твоими студенческими кредитами.

– Ты готова предстать перед моей семьей?

Я выключаю зажигание «Ауди». Мы стоим возле дома родителей.

– Да. Ты собираешься сказать им?

– Конечно. Мне не терпится увидеть их реакцию.

Меня переполняет восторг. Я вылезаю и открываю перед Аной дверцу. С залива дует прохладный ветерок, и она кутается в шаль. Беру ее за руку, и мы идем к парадной двери. Подъездная дорога полна машин, включая пикап Элиота.

Каррик открывает перед нами дверь, прежде чем я успеваю постучать.

– Кристиан, привет! С днем рождения, сын. – Он берет меня за руку и, к моему удивлению, крепко обнимает.

Такого еще не бывало.

– Э-э… спасибо, папа.

– Ана, как приятно видеть тебя снова!

Он нежно и быстро обнимает Ану, и мы входим следом за ним в дом. Слышится громкий стук каблуков, и я ожидаю увидеть бегущую по коридору сестрицу, но это Кэтрин Кавана. Кажется, она в бешенстве.

– Эй, вы! Я хочу поговорить с вами, – рычит она.

Ана вопросительно глядит на меня, и я пожимаю плечами. Я не представляю, что так рассердило Кавану, но мы идем следом за ней в пустую столовую. Она закрывает дверь и поворачивается к Ане.

– Что это за хрень? – шипит она и машет перед ее носом листком бумаги.

Ана берет у нее листок и читает. Но почти сразу белеет и смотрит на меня испуганными глазами.

В чем дело?

Ана встает между мной и Кэтрин.