И что мы видим в итоге?
Сын Сергея Есенина от русской женщины занимался авиационными разработками и погиб вследствие неразумной юношеской бравады, не успев толком раскрыться; сын от немки был отличным офицером на войне, затем стал специалистом по спортивной статистике и крупным начальником в строительной сфере; сын от еврейки — правозащитник, крупный математик и эмигрант.
Говорят, что кровь не имеет никакого значения.
Ну, наверное. Как скажете.
* * *
Сестра Есенина Шура, окончив семь классов школы, больше нигде не училась.
В мае 1929 года вышла замуж за журналиста Петра Ильина, взяв его фамилию.
Родила троих детей.
Всю жизнь помогала Есенинскому музею, передав туда множество вещей, составивших экспозицию.
Выслушала, как и сестра Катя, тысячи стихов, иногда хороших, но в основном плохих, которые читали им сотни поэтов и в Москве, и в Константинове, и в Рязани, и где угодно, словно бы через них надеясь получить благословение Есенина.
Отношения между Катей и Шурой всю жизнь были, мягко говоря, натянутые.
Ну и ладно — их дело.
Написала воспоминания о брате «Родное и близкое».
Жизнь Александры Сергеевны Есениной закончилась в 1981 году."
"На Ваганьковском кладбище в изголовье у Есенина — Галина Бениславская.
Рядом — мать Татьяна Фёдоровна Есенина: помирились.
Неподалёку — Ширяевец, любимейший товарищ и крестьянский собрат.
Там же, на Ваганьковском — Городецкий, первым встретивший Есенина в Петрограде, в самом начале пути. Чагин — хранитель и друг, лучший из большевиков в есенинской жизни, ни разу не предавший его памяти, занимавшийся выпуском его сборников, когда большинство литературных друзей Есенина об этом и не думали.
Рюрик Ивнев — не последний человек для Есенина: в конце концов, написал о нём пьесу, роман и добрый том воспоминаний. И женщины, в которых Есенин, как ему казалось, так нуждался и которые не откликнулись: Лидия Кашина и Августа Миклашевская.
Сестра Катя на Ваганьковском похоронена, и сестра Шура, его тихий ангел, — тоже там.
Это ей он написал:
…Потому и навеки не скрою,
Что любить не отдельно, не врозь,
Нам одною любовью с тобою
Эту родину привелось.
«Одною любовью с тобою…»
* * *
Странно, но в словах Зинаиды Гиппиус, написанных ещё при жизни Есенина, в начале 1925-го, что-то есть — уловила.
«У Есенина чисто русская — распутинская — безмерность: куда бы ноги ни поставил, катит его, как с горы… Есенин, вне своей поэзии, сам есть некий художественный образ.
