Нет, я все понимаю, все мы женщины…
— Мне нельзя сейчас увольняться, поймите! Пожалуйста, войдите в мое положение. Я сейчас осталась одна с ребенком на руках. Мне просто не на что будет жить! Пожалуйста, Валентина Алексеевна! Умоляю! Я все отработаю. Все хвосты закрою, обещаю!
— Артюхина, не заговаривай мне зубы. Если раньше у тебя не было времени, то с разводом и ребенком на руках его вообще не будет. Да и не верю я тебе! Вчера достаточно выслушала от твоего мужа. Бывшие так не переживают за своих жен.
— Вы не понимаете…
— А мне и не нужно понимать! — рявкнула она так, что стекла задрожали.
— Я не семейный психолог, мне за это деньги не платят. И уж тем более не обязана выслушивать всякие гадости в свой адрес. Это вместо спасибо. Так что собирай свои манатки, пиши заявление — и вперед. На выход. Не порти нервы. Ни себе, ни мне.
— Валентина Алексеевна… — сделала еще одну попытку."
"— Можешь отработать положенные две недели. На этом все! И не надо тут обиженную и обездоленную строить. Думаешь, я не в курсе? Ты если даже и разведешься, то при разделе имущества получишь пай, на который еще несколько лет сможешь жить, не работая, — прозвучало с нескрываемой завистью.
— Так что не прикидывайся бедной овечкой. Терпеть не могу, когда вот так ужом на сковородке вертятся и при этом святую из себя строят! — выплюнула она презрительно. — Еще вопросы есть? Нет? Вот и отлично. И радуйся, что я даю тебе возможность уйти по собственному желанию. А сейчас освободи помещение. Мне, в отличие от некоторых, работать нужно!
Я вышла из кабинета с пониманием того, что это полное фиаско.
Зная характер начальницы, можно было смело брать веревку, мыло… тьфу, бумагу, ручку и идти писать заявление.
Если она приняла решение — ее уже ничем не переубедить. Хоть головой об стену бейся. Не поможет. Рабочий день потихоньку набирал силу. За дверями офисов вовсю кипела жизнь, и лишь мне уже можно было расслабиться.
Ладно. Неприятно, конечно, обидно, но не смертельно.
Да и в чем-то Валентина права. Я никогда не оставалась сверхурочно, спеша домой.
Потому что нужно было забрать дочь из садика, прибраться дома, успеть с ужином и обедом на завтра.
Мне некому было помочь, вот и крутилась как белка в колесе. А если опаздывала — так потом ревнивых подозрений от Андрея выслушивала на неделю вперед.
Поэтому между двух зол выбирала, как мне казалось, меньшее.
Я только сейчас осознала, какую тяжелую ношу взвалила на себя в прошлом. И ведь муж видел, но помочь никогда не вызывался.
