А не с твоих метаний уйду/развожусь/не прощу. Я давал тебе время подумать, все взвесить и решить, что тебе важнее: твои принципы или семья. Жена с выдуманной короной мне не нужна. Я не для того женился, чтобы из меня Аленя делали и пытались ноги вытирать, не для того работал, обеспечивал, к чему-то стремился. Лохом быть я не подвязывался.
— Ты сейчас о чем? — До меня не сразу дошла суть его претензии.
— Проходи, — наконец лениво предложил Андрей, отходя в сторону и делая широкий жест рукой. — Поговорим серьезно.
Немного поколебавшись, я все же переступила порог квартиры, предчувствуя что-то нехорошее.
Сняла сапоги, повесила куртку на крючок. Сонин пуховичок висел рядом, значит, я не ошиблась и дочка дома.
Прошла до гостиной, обращая внимание, что в детской кто-то есть.
— Соня! Сонечка, как дела, солнышко? Все в порядке? Ты хорошо себя чувствуешь? — рванула я в комнату.
Дочка сидела на кровати, листая книжку. Услышав меня, дернулась, вскидывая мордашку. Глазки загорелись радостью и тут же потухли, стоило ей перевести взгляд на сидящую рядом бабушку.
Она словно сдулась, моментально поникнув плечиками.
— Здравствуй, Женя, — подала голос свекровь, вставая с места и перетягивая внимание на себя. Выпрямилась во весь рост. — Как же у нее будет все в порядке, когда ее мама выкидывает такие фокусы?! Скажи на милость? И как будет чувствовать себя ребенок в такой ситуации? Ты знаешь, что у нее проблемы с коммуникацией в садике? Что она кидается на других детей без причины? А все почему? Соня, ты любишь папу? — провокационно развернулась она к внучке.
— А вот мама хочет разлучить тебя с папой. Чтобы ты никогда-никогда не видела его и не общалась. Не могла даже…
— Прекратите! — закипело все внутри от негодования. — Не несите чушь при ребенке. Не вмешивайте ее в наши с Андреем проблемы!
Мне стало тошно и страшно от того, что за время моего отсутствия ей могла наговорить бабушка. Каких гадостей про меня, и как это ударило по детской неокрепшей психике.
"
"— Соня, иди ко мне, — позвала я дочь, пытаясь обойти воинственную фигуру Инессы Анатольевны, что грудью пятого размера встала на моем пути. — Не слушай бабушку.
— Нет, — пискнул ребенок.
Пряча взгляд и забиваясь в угол кровати.
Прижала к груди медвежонка, с которым обычно спала, и поджала губы, чтобы не расплакаться.
— Солнышко? — стараясь не напугать малышку. — Это все неправда. Слышишь? Я тебя очень люблю.
