Если буду нужен, я здесь

Может, обсуждают, какая я вертихвостка… Держу спину прямо, а голову высоко. Не ради себя… Ради себя не стала бы. Но ради мамы и отца, Марата и Афины еще как-то держусь. Концентрируюсь на деталях. Назар очень постарался. Вокруг невероятно красиво. С потолка низко-низко свисают гирлянды белоснежной глицинии и какая-то зелень. Горят свечи, ветерок колышет их пламя. В зале открыто окно. Я почему-то никак не могу отвести от него взгляда. Вспоминается старый фильм про невесту, которая сбежала со свадьбы.

Скольжу взглядом дальше по лицам родных, натянуто улыбаюсь Брагиным.

Замираю, натолкнувшись на взгляд Антона. И успеваю заметить в его глазах неприкрытое восхищение, до того как тот овладевает собой. Я умру сейчас, просто умру… Почему все настолько несправедливо? Я ведь была у цели. Если бы тогда все пошло по плану, сейчас я бы шла к нему!"

"Антон отворачивается. У него больше здравомыслия. Мне не мешало бы последовать его примеру, но я почему-то мешкаю. Папа незаметно похлопывает меня по руке.

Я отмираю и снова бросаю взгляд на приоткрытую створку окна… Удивительно, какой четкой выходит картина перед глазами. Я никогда не употребляла наркотики, но, кажется, так бывает только под химией. В мягком свете танцует пыль. Окно манит…

В первом ряду сидит бабулечка в платочке. Божий одуванчик. Не знаю, почему именно об нее я спотыкаюсь. Трезвею. Еще раз незаметно прохожусь по лицам собравшихся. Так и есть… Здесь все свои. Гости со стороны невесты. Со стороны жениха лишь эта бабушка?

И вот только тогда я впервые догадываюсь посмотреть прямо перед собой.

Хоть проход довольно-таки длинный, мы уже почти у цели. Я могу разглядеть лицо Назара, поймать его эмоции. И понять. Что ни в какое окно я не выпрыгну, и не убегу. Просто потому что никогда так не унижу мужчину, который даже осознав, что я задумала, стоит на месте… Один во всем мире. Один против всех… И смиренно, с легкой скукой, написанной на лице, ждет, когда я его опозорю.

Аллах! Аллах милосердный, что я чуть было не сделала?! Чего стоили мои метания такому гордецу? Нет-нет, я, может, трусливая дурочка, но я знаю, что такое честь.

Удерживая его взгляд, еще сильней выпячиваю вперед подбородок. В два шага преодолеваю разделяющее нас расстояние и, не дожидаясь, пока мой отец передаст меня с рук на руки жениху, сама переплетаю наши руки. Десятки эмоций на его лице стремительно меняют друг друга. Тут и облегчение, и изумление, и насмешка.