Если бы меня спросили снова

В штатском, ветровке и джинсах, Коновалов выглядел как все нормальные люди. Не выспавшийся, потрёпанный, с залысинами на высоком лбу, явно с бодуна.

Всё же как мужчин красит форма, невольно подумала Ирка. Таким же полубухим Коновал был всегда, но в подтянутом парне в форме, она бы в жизни не узнала этого забулдыгу.

— Ир, я не расскажу тебе ничего нового, — начал он, упав на лавочку рядом с ней. Открыл бутылку минералки, всем своим видом давая понять, что она зря ехала.

— А мне не надо новое, Дим. Я хочу подробности.

Он вылакал почти половину, прежде чем ответить.

— Какие именно? — вытер рукой рот. Закрутил бутылку.

— Ну давай начнём с того, что я в курсе: вы ушли с флота в частную военную компанию.

Коновал не удивился.

— Ну, это было нетрудно.

— Трудно, Дим. Во всей этой суете, — откинулась на спинку лавочки Ирка, — я, конечно, плохо соображала, с каким именно командованием разговариваю и откуда пришли деньги. Но теперь разобралась.

Разобралась, что та поездка, когда она провожала Петьку, была последней в карьере капитана третьего ранга Петра Северова.

Коновалов пожал плечами.

— Клянусь, он сам. Я его не уговаривал. Скорее наоборот, это он меня совратил.

— Неважно. Просто расскажи мне, что это была за работа.

— Ну-у-у, — Коновалов тоже откинулся к спинке, вытянул длинные ноги, — на самом деле она не сильно отличается от той, что мы занимались на флоте. Капитан судна он и в Африке капитан судна. Хотя наши заказчики порой и думают, что работа вооружённой охраны — лёгкая прогулка нескольких бездельников с оружием на борту судна, где в избытке солнца, моря, еды и свободного времени.

Бутылка громко зашипела, когда он снова её открыл.

— Заказчики, то есть люди, которые заказывают сопровождение? — спросила Ирка.

Коновалов хлебнул воды и кивнул:

— И платят за это приличные деньги.

— И сколько на судне человек?

— На наших с Севером по четыре члена экипажа во главе с капитаном и по четыре офицера охраны — четыре морпеха. Те круглосуточно ведут наблюдение: днём в бинокль, ночью — по приборам ночного видения, сверяют с данными мостика — от вахтенного матроса или капитана. Но самое опасное время суток — с пяти до десяти утра и с семи до десяти вечера.

— Линия горизонта сливается с небом, трудно понять, где небо, а где вода. Слепит солнце.