Если бы меня спросили снова

Инна звонила своим коллегам, расспрашивала, договаривалась, перезванивала.

Они с Вадимом ехали не наудачу — доктор Деко, дочь Мамы Хавы и глава больницы уже ждала их. Она тоже говорила по-русски, потому что тоже обучалась в России и тоже на гинеколога. Лично встретила, лично проводила, лично дала распоряжение — рассказать, кто что знает.

Медсестра, что знала, к сожалению, была на операции и, едва вышла, уже торопилась на следующую — персонала в клинике на такое количество пациентов явно не хватало, поэтому у них было всего несколько минут.

— Да, конечно, я его помню, — сказала Вика, молодая женщина, что приехала работать в Сомали из Новосибирска. С Инной они разминулись. Инна уехала перед Новым годом, Вика приехала после, а Петька попал в госпиталь в конце февраля. — Ожоги, три пулевых ранения: в шею, грудь и в ногу, но, к счастью, все три не смертельные. Мы его подлечили как смогли. Я отправила два письма. А потом за ним прилетела женщина и его забрала.

— Женщина?! — переспросили Ирка с Вадимом хором.

Сердце пропустило удар. Ирка уточнила:

— Нет, — покачала головой медсестра. — Лет сорока пяти, может, постарше. Русоволосая. Русская. Ну, говорила она, по крайней мере, по-русски без акцента.

— А куда? Забрала? — удивился Вадим. — И как? У него же не было никаких документов.

— Этого я не знаю, — оглянулась медсестра. Её окликнули. — Простите, мне надо идти, — улыбнулась виновато. У нас тут, — она покачала головой…

— Ад? — подсказала Ирка.

— Да, очень много работы, — Вика кивнула и пошла.

— Подождите. Вы сказали, что отправили два письма, — догнала её Ирка. — А куда?

— Да, письма. Из-за ранения в шею говорить он не мог, поэтому писал. Я привезла ему два конверта, а потом передала письма через Красный крест — с ними было надёжнее. Волонтёры Красного креста приезжали с вакцинами, делали детям прививки. Первое письмо было в Россию, в Хабаровск, это я точно помню, второе — в Испанию, но город я, к сожалению, не запомнила. Какой-то в два слова. Незнакомый. Простите, мне, правда, пора.

— Ла-Корунья? — крикнула Ирка. — Город? Ла-Корунья?

— Точно! Ла-Коринья или Ла-Корунья, — она попрощалась и побежала в операционную.

— Ла-Корунья? — удивился Вадим.

— Не спрашивай. Я не знаю, где это и что всё это значит. Мне сказала про Ла-Корунью Нюся, а ей Старая карга буквально несколько дней назад. — Ирка развела руками. — Женщина, в возрасте, говорящая по-русски, и город в Испании. Я ничего не понимаю. А ты?

— А я понимаю, — ответил Вадим.