Если бы только

Он с нажимом перекатывал её соски, пока она не изогнулась от восхитительной боли.

— И затем я заставлю тебя кончить, используя его, как награду за то, что заставила меня смеяться.

Ему понравилось это, она точно знала.

Её улыбка померкла, когда оба Дома начали использовать незначительные ласки и пощипывания, чтобы довести её до грани. Мышцы ног были так напряжены, что дрожали, когда возбуждение достигло границы боли.

— Хочешь о чём-то попросить, сладкая? — побуждал ее Вэнс.

Просить. Проклятье, просить.

— Пожалуйста, — прошептала она.

— На этот раз тебе нужно произнести это вслух, — сказал Вэнс. — Салли, мне доставит удовольствие услышать, как ты просишь доставить тебе наслаждение.

Слова снова попытались застрять в горле, но ей помогло знание, что этим она угодит ему; если только сможет преодолеть свое прошлое.

Салли, заикаясь, вытолкнула из себя:

— П-пожалуйста, можете ли вы… — Боже, почему её тело съёжилось? — заставить меня кончить?

— Хорошая, послушная девочка, — пробормотал Гален, и нежность в его глубоком голосе омыла её блаженством.

— Красивая просьба, — согласился Вэнс. — Я горжусь тобой, Салли.

Гален нежно приласкал её груди, прежде чем его талантливые пальцы сомкнулись на чувствительных сосках. Сжимая и отпуская, даря ей вспышку за вспышкой изысканной боли.

Вэнс погружался, выходил, толкался. И каждый раз его большой палец кружил по клитору, выводя её выше и выше. Толкнувшись внутрь, он потер подушечками область у самого входа, пробуждая точку G.

Вэнс встретился с ней взглядом, когда он осознанно поставил большой палец и нажал.

Маленькая искра разгорелась в бушующий пожар. Её тело светилось, пылало и, наконец, взорвалось. Наслаждение накатывало волнами. Шея изогнулась, когда Салли закричала, параллельно ругаясь.

После удивительно долгого времени она почувствовала, как волны отступают.

Затем она услышала, как Вэнс пробормотал: — Давай попробуем еще один.

Его пальцы толкнулись внутрь — три сразу, — растягивая её, пока он продолжал потирать большим пальцем клитор.

Её собственные вопли отражались эхом в ушах, пока она задыхалась и вздрагивала от последующих толчков.

— Красавица, — сказал Гален.

Его рука на её груди была нежной, кружа и лаская измученные соски. Вэнс поглаживал её бёдра.

Через минуту, когда Салли действительно смогла дышать, Вэнс поднял её на руки.

— Ты хорошо справилась, дорогая, — прошептал он.