Если бы только

— А, зато нам нравится, — сказал Вэнс. Уголки его рта слегка приподнялись, но взгляд Дома напоминал, что иногда сабу баловали, а порой — совсем наоборот.

Мир вокруг Салли изменился, и она перестала бороться.

Член Галена продолжал скользить. Растягивая. Обжигая. Тем не менее, знание, что её контролируют, берут, пронзают, было таким по-декадентски порочным, что это почти посылало её за грань.

— Бесёнок, ты очень, очень хороша, — он обхватил ее за плечи и потянул на себя, пока её спина не опёрлась на его грудь. Он потёрся щекой об нее, его щетина приятно колола.

Вода в бассейне плескалась на уровне её попы, оставляя другие части тела над водой.

Салли дернулась, когда Вэнс развёл её ноги, прежде чем встать между ними. Он положил руки на её колени. Приподнял. Заставляя её опуститься на Галена ещё сильнее. Ощущение такой наполненности…

Гален перебросил руку через ее левый локоть и талию, прочно удерживая ее на месте. Другой рукой он зажал ее правый локоть и положил ладонь на грудь.

— Она зафиксирована и готова для тебя, брат, — он ущипнул её сосок.

Ощущения, нахлынувшие на Салли, были почти шокирующими, и она захныкала.

— Боже, мне нравится, когда она сжимается, — пробормотал Гален. — Ты планируешь стоять там всю ночь?

— Сначала я хочу попробовать ее. Посмотрим, смогу ли я заставить её извиваться на твоём члене еще сильнее, — сказал Вэнс. Он положил её ноги на свои плечи и опустил голову.

От скольжения его горячего языка по налитому клитору всё внутри неё сжалось… вокруг толстого ствола Галена.

— Ааааах, — и она не могла удержаться и не ерзать, пока язык Вэнса дразнил её лёгкими щелчками.

— Не так много времени тебе понадобилось, — сказал Гален.

Он застонал, удерживая её достаточно крепко, чтобы она могла двигать только бёдрами. Гален медленно перекатывал её сосок между пальцами, и очередной слой ощущений накладывался на предыдущий. Все ее тело начало дрожать.

Большими пальцами Вэнс раскрыл её лоно и опустил рот прямо на клитор. Горячо, горячо и так влажно. Остановившись, он обхватил её бёдра и приподнял, почти снимая её с эрекции Галена.

Скольжение толстого ствола, выходящего из задницы, было изысканной пыткой, и затем Вэнс безжалостно потёр языком клитор. Подобно наматыванию сахарной ваты на палочку, ощущения внутри нее закручивались в тугую спираль, цепляясь друг за друга и возрастая в интенсивности. Салли была близка к завершению, потрясающе близка.

С тихим смешком Вэнс опустил её на твёрдый член Галена, и она ахнула.