Если бы только

Вэнс набрал номер офиса.

— Всё ещё жив. Как поживают парни на повороте?

— Они в порядке, Вэнс.

Хейзел было около семидесяти, и она, несомненно, была обладательницей награды «Мать годы».

— Всё зажило. Я схожу с ума взаперти.

Она фыркнула, совершенно не впечатлённая, будто он жаловался на слишком снежный день.

— Просто успокойся. И передай этому мальчику, чтобы он тоже был осторожен.

Подавившись смехом, Вэнс заверил её, что в точности передаст ее слова «мальчику». Если Гален услышит… Опять же, напарник обожал эту пожилую женщину.

Через несколько минут его телефон зазвонил. Группа наблюдения сообщила, что пожилая женщина проехала по дороге вдоль озера. Соседка.

Чтобы предотвратить желание присоединиться к Галену и Салли, он вышел на улицу. Раньше они не проверяли почту. Набросив пальто, чтобы скрыть наплечную кобуру, он вышел на крыльцо. Ничего. Он даже не мог разглядеть соседские дома через густые заросли. Никаких машин. Никаких людей. Всё тихо.

Он взглянул на часы. Сомерфельд в это время должен проходить регистрацию в аэропорту. Как же хочется поскорее с этим покончить.

На коже ощущался неприятный зуд, будто воздух был наполнен песком. Нервы.

Был хороший день, и ему следовало приложить усилия и насладиться им. Пока он шёл к почтовому ящику в конце перекрёстка, на подъездной дорожке, то наблюдал за сверкающими белыми пушистыми облаками, плывущими по небу. Никаких грозовых туч… пока. Велика вероятность, что позже они появятся.

Когда он открыл металлический почтовый ящик, то усмехнулся, вспоминая, как Салли упрекала федералов в параноидальности. Он вытащил приличную стопку писем и листовок.

Появилась машина, медленно двигающаяся по дороге. Седовласая женщина за рулём широко ему улыбнулась. Это была их ближайшая соседка, миссис Чилдресс.

Он подошёл к машине и заглянул на заднее сиденье — просто на всякий случай.

— Мэм, как вы себя чувствуете?

— Я в порядке, дорогой. Я собиралась позвонить тебе позже.

Пожилая пара познакомилась с Салли, когда она была на озере, рыбача с Галеном. Как и все остальные, они влюбились в бесёнка.

Сомерфельду лучше, чёрт возьми, к тому времени оказаться за решёткой.

— Чудесно. Около четырёх, — с милой улыбкой, пожилая леди переключила передачу и продолжила движение по дороге.

Вэнс вернулся к дому.