Онлайн-библиотека книг
– Придется поместить тебя в мориловку, пока не научишься, как себя вести.
Наступило забытье, нечто вроде возвращения в материнскую утробу. Трейси осталась одна в темноте. В тесной подвальной камере не было никакой мебели – только на холодном цементе тоненький, вытертый матрас. В полу булькала служившая туалетом дыра. Трейси лежала в черноте и мурлыкала народные песни, которым давным-давно научил ее отец. Трейси не сознавала, что оказалась на грани безумия.
Она не очень понимала, где находится, но это не имело значения.
– Мама! – но, не получив ответа, снова уснула.
Трейси спала сорок восемь часов. Наконец беспамятство сменилось болью, а та уступила место горю. Она открыла глаза – ее ничто не окружало: стояла такая кромешная тьма, что Трейси даже приблизительно не могла определить очертания камеры. На нее нахлынули воспоминания. Трейси отнесли к врачу, и она различила голос: «…сломано ребро и раздроблено запястье… мы это все зафиксируем… порезы и ушибы серьезные, но они пройдут… она потеряла ребенка…»
– Ребенок… – прошептала Трейси.
Трейси лежала на тонком матрасе в холодной темноте, испытывая такую ненависть, что от нее сотрясалось все тело. Мысли обжигали мозг нестерпимым пламенем и вскоре испепелили его. У Трейси осталось одно чувство: отомстить! Но отомстить не трем ее сокамерницам.
Джо Романо: «…твоя старушка надула меня. Не сказала, что у нее такая аппетитная дочка…»"
"Энтони Орсатти: «…Джо Романо работает на человека по имени Энтони Орсатти. Энтони Орсатти контролирует весь Новый Орлеан…»
Перри Поуп: «…признав себя виновной, вы избавите штат от судебных расходов…»
Судья Генри Лоуренс: «…следующие пятнадцать лет вы будете находиться в заключении в женском исправительном учреждении Южной Луизианы…»
Вот кто были врагами Трейси.
Они ей заплатят. Каждый. Трейси не представляла, как ей удастся отомстить. Но не сомневалась, что месть свершится. «Завтра, – думала она. – Если наступит завтра».
7Время потеряло всякий смысл.
