Вряд ли байкеры были единственными контрабандистами, с которых на таможне взимали «плату».
Вот только непонятно, зачем Алексею Петровичу лунная пыль, если у него и дара-то нет? Как товар? Как средство обогащения? А не проще ли, в этом случае, брать деньгами? Зачем так рисковать?
Глупо."
"Если только… Если кто-то, имеющий влияние на таможне, не перекупал у него наркотик. Скажем, для личных нужд. А что? Обрести могущество почти каждому хочется, а связываться с мидгардскими дилерами по ту сторону врат рискованно.
Проще получить товар на этой половине, пока он еще не прошел таможню, а затем самому доставить его «на родину». Рядовой сотрудник ДММТ вряд ли способен все это организовать.
И я почему-то посмотрела на леди Хейлайл, а она — на меня. Не знаю, что мадам Гарпия заметила в моих глазах, а вот в ее совершенно явственно мелькнуло понимание. Я подозревала главу оперативного отдела, и она каким-то образом догадалась об этом.
Миг…
Другой…
И взгляд женщины заледенел. Она вздернула подбородок, показывая, что сдаваться без боя не намерена.
Что ж, ее право. Прежней Еве и в голову бы не пришло связываться с таким опасным противником, но ведьма требовала справедливости, и я выдержала чужой взгляд.
Фами отвернулась первой.
Да… Доказать ее вину будет непросто. Особенно, если учесть, что она маг, а значит, лунная пыль лишь усиливает ее дар, но не оставляет внешних следов и не меняет цвет глаз…
В ушах неожиданно зазвенело, сбивая меня с мысли. Предательски закружилась голова.
— Ева, что с тобой? — прозвучал совсем рядом голос Кирстена, и меня бережно придержали за плечи. А потом и вовсе опустились рядом притягивая к крепкому, надежному телу. — Откройте окно, Суслякин. Быстрее! Фами, принеси воды.
Вода от этой «милой» дамы? Нет уж, увольте. Я бы не рискнула брать еду и питье из ее рук, а вот воспользоваться моментом стоило. Тем более, слабость постепенно, но уверенно отступала.
Подняла голову и утонула в янтарном взгляде. Лорд директор не просто беспокоился, он был в панике.
Еще пара секунд — и Марвелл поднял бы на ноги не только всех врачей города, но и всех целителей Мидгарда. В груди стало очень тепло, сердце забилось часто-часто, а еще безумно захотелось дотронуться до щеки, где уже проступила темная щетина.
— Ты… как? — сипло выдохнул его тигрейшество.
— Лучше, — улыбнулась я, наблюдая, как тревожные морщинки на лбу мужчины постепенно исчезают. Самое время предупредить. — Сверток на полу, за тумбочкой.
