— Я никогда в жизни его не видела, но, судя по тому, что за дар достался мне в наследство, он ведьмак, не так ли?
Смысл скрывать очевидное? О том, что я ведьма, они и без моих «откровений» уже выяснили. А если учесть, что мама у меня простой человек, сомнений в том, от кого я получила свои способности, не остается.
— Верно, — не стал отнекиваться лорд. — Позволь мне присесть, и я расскажу, каким великим заклинателем был Димари Эш, твой отец.
— Можно подумать, если не позволю, то вы уйдете, — не сдержавшись, буркнула я.
Мужчина рассмеялся, словно услышал удачную шутку, и, неторопливо преодолев разделяющее нас расстояние, удобно расположился в ближайшем ко мне кресле.
— Честность, непосредственность и прямота, что подобна хорошо отточенному клинку — качества, издавна отличавшие членов знаменитого рода Эш, — изрек он. — Ты, действительно, истинная дочь своего клана, Ева.
— Вы обещали рассказать об отце, — напомнила я, не очень, впрочем, на это рассчитывая.
— Да-да… Об отце, — кивнул Верле. — С Димари нас связывает нерушимая, верная дружба, которую мы пронесли через все испытания и невзгоды.
К сожалению, Дим пропал много лет назад, и с того момента я ни единого дня не прекращал поисков.
— Считаете, он жив? — спросила, внимательно наблюдая за собеседником.
— Да, — ни единый мускул не дрогнул на лице лорда, и взгляд мой он выдержал. — Пока не найду доказательств обратного.
Что ж… Я тоже чувствовала, что Димари не погиб. Не могла об этом не думать, особенно после того, как за спиной закрылся портал, отрезая меня и мою магию от мира.
Отец ведь пропал внезапно и бесследно. Где гарантия, что его «приятель» и к этому исчезновению не приложил руку? А их прочная, преданная дружба — не более, чем миф, раздутый самим блондинистым магом.
С другой стороны, свидетелей тесного общения наших с Артуром отцов тоже нельзя сбрасывать со счетов — многим из них я доверяла.
В общем, история выходила запутанная и неоднозначная.
— Ева?..
Верле нахмурился, явно встревоженный долгим молчанием, и решил продолжил беседу «железным» аргументом.
— Ты мне как дочь, — откровенно соврал он.
— Дочерей из академий не воруют, — хмыкнула я. — И не прячут в странных местах, ограничивающих их магию.
— Это вынужденная мера, направленная на твою защиту, а ни в коем случае не наказание или ущемление хоть в чем-то.
Джаронар улыбнулся. По-доброму так, почти по-отечески. Наивная девчонка Дуня Воронцова непременно должна была бы растрогаться, а вот Ева Эш, увы, не прониклась.
