Если ты меня полюбишь (СИ)

Ты собираешься домой, вызвать такси? — это жест вежливости. Если бы не зеленоглазое обстоятельство, я бы даже ухом не повёл!

Сара виновато пожала плечами, сделав глубокий вдох, всё-таки отказалась от моего предложения. Мне это показалось странным, но она настояла, что её знакомая вот-вот за ней приедет и отвезёт. Мне, конечно, было всё равно, но с чисто мужской точки зрения это выглядело примерно так. Одинокая девушка в половине третьего ночи, слегка подпитая — легкая добыча. Мне стало жаль её. Но сказала, значит сказала.

Она, в конце концов, мне никто и беспокоиться за неё я не обязан! Да и сам только что воспользовался вот этой  лёгкой добычей.

Уходя, я оставил лёгкий ничего не значащий поцелуй. Такой же маловажный для меня, как и всё случившееся в этом клубе. Кроме, пожалуй, той девушки чьё лицо я увидел на дисплее телефона.  Помню, когда только поступил в Гарвард, познакомился с одной обладательницей ярко-зелёных глаз, но там не было ничего кроме необычного цвета…

========== Глава 3 ==========

Утро выдалось весьма и весьма хорошее, за исключением того, что лил проливной дождь.

Припарковав машину на стоянке для учащихся в соответствующем статусу секторе, я направился в учебную часть за своим «завтраком». Лёгкая рубашка с коротким рукавом сразу же пропиталась водой, ведь зонт я забыл вытащить из бардачка. Пришлось быстро бежать до преподавательского корпуса.

Мимо меня проносились замученные выпускники, они все мечтали только об одном: чтобы чёртова неделя выпускных экзаменов подошла к концу.

Проходя мимо аудитории, я увидел весьма хорошенькую брюнетку, она с визгом вылетела из двери, попутно крича: «Я это сделала!» Я невольно улыбнулся — несанкционированный приступ радости, особенно женской радости, иногда может не на шутку поднять настроение. Некоторые индивидуумы поднимают не только настроение, но это так, к слову. К весёлой брюнетке это едва ли относится. Совсем не в моём вкусе, маленькая и пухленькая, хотя и с симпатичной мордашкой.

Большинство из выпускников — дети достаточно богатых родителей, и, «дожив» до последнего курса, все как один боялись опозорить своих родителей провалом диплома.

Но есть и другой контингент: это те, кто поступил в Гарвард не из-за протекции лично ректору, а из-за успешной учёбы и незаурядных способностей. Они хуже волков. Они с самого начала знали, что им нужно, и такая мелочь, как несколько недель изнуряющих экзаменов — ничто, по сравнению с тяжёлой работой на протяжении всех лет учёбы.