Если ты осмелишься

Я кричу, и кто-то зажимает мне рот рукой, в то время как остальные тащат меня в здание, наши ботинки отдаются эхом, пыль забивает мне нос. Я понятия не имею, где мы находимся.

Мне удается стряхнуть ее руку.

Но ее голос не доносится. Ей вставили кляп? Перевели в другую комнату?

Неужели уже слишком поздно спасать ее?

Кто-то снимает с моих глаз повязку прямо перед тем, как повалить меня на землю.

Трей нависает надо мной с отвратительной улыбкой под маской. Другие «дьяволы» держат свои хоккейные клюшки как биты.

— Ты такая же глупая, как и твоя маленькая подружка.

Но, по крайней мере, мне не нужно беспокоиться об Анисе.

— Зачем ты это делаешь? Уэс сказал тебе оставить меня в покое.

— Уэс был вдохновителем. Он спланировал все это. Просто он слишком маленькая сучка, чтобы довести дело до конца. — Трей наклоняется, запуская пальцы в мои волосы и почти выдирая их с головы. Я вскрикиваю. — Идиот, который влюбился в маленькую киску.

У меня внутри все сжимается. Уэс задумал эту засаду еще тогда, когда планировал мне месть.

Если это что-то вроде ночи охоты на человека, мне нужно бежать.

Трей уже целится мне ногой в живот.

Его нога врезается мне в живот с такой силой, что мне кажется, у меня разрываются кишки. Я кричу, боль — единственное, что я могу чувствовать, она поглощает весь мой разум.

Он кружит вокруг меня, позволяя боли поселиться глубоко, пока прикидывает, куда нанести следующий удар.

— Я пытался добиться, чтобы его выгнали из кампуса, чтобы мы могли еще немного повеселиться с тобой, но ты все испортила, не так ли?

У меня отвисает челюсть.

— Ты? — Я задыхаюсь, пораженная, что кровь не течет у меня изо рта. — Это ты донес на Уэса декану Форрестеру?

Я не могу поверить, что винила Анису, даже после того, как она поклялась мне, что ничего не говорила.

— Ага. Но благодаря тебе Новак все еще здесь, — рычит он. — Даже после всего, что он тебе сделал, ты не отправила его задницу восвояси. И все потому, что тебе нравилось кататься на его члене.

— Зачем тебе добиваться, чтобы твоего собственного капитана выгнали из кампуса?

— Новак никогда не заслуживал быть капитаном.

И ты никогда не заслуживала его защиты. Если бы его не стало, угадай, кто был бы капитаном? — Я практически чувствую усмешку Трея, когда он наклоняется и шепчет мне на ухо. — Угадай, кто хотел бы, чтобы ты была вся в его распоряжении?

Он останавливается передо мной, и я даже не успеваю вздрогнуть, как его нога устремляется на меня, находя отметину между ребер.