Если ты осмелишься

Так или иначе, она выглядит чертовски очаровательно во всех этих слоях. Часть меня хотела бы, чтобы здесь не было Хлои, чтобы я мог убедить ее снять их.

— Ты же знаешь, что не обязана делать что-то только потому, что она заставляет тебя, — говорю я Вайолет. — А что, если она уговорит тебя прыгнуть со скалы?

— Если Хлоя бросит мне вызов прыгнуть со скалы, внизу вода, и она прыгнет со мной. — Они улыбаются друг другу, и я не могу не улыбнуться тоже.

Я люблю свою сестру, но у нее не так уж много друзей. Все девушки, с которыми она катается, видят друг в друге соперниц, а напряженный график Хлои оставляет мало места для друзей.

Не говоря уже о том, что большинство людей напуганы ее целеустремленностью и не могут понять ее преданности делу.

Даже мне интересно, смогу ли я когда-нибудь сравняться с достижениями моего отца и сестры.

— Возьми ее за другую руку, — инструктирует меня Хлоя.

Мы оба хватаем Вайолет за руку. Я прикасаюсь к ней по крайней мере через три слоя одежды — зимнюю куртку поверх толстовки и длинную синюю рубашку, болтающуюся прямо над ее задницей, — так что контакт не должен оказывать на меня такого эффекта.

Сердце набирает скорость, член набухает в моих штанах, яйца напрягаются.

Мне нравится, какая она хрупкая. Первобытное желание позаботиться о ней разливается по моим венам. Защищать ее публично, чтобы она боготворила меня за это наедине.

Вайолет смотрит на лед широко раскрытыми глазами, но кивает.

Я не могу не восхищаться тем, что она готова сделать то, чего так боится, особенно потому, что это ради Хлои.

Хлоя обожает делиться своей любовью ко льду. Они не так давно знают друг друга, но Вайолет уже доказала, что является лучшей подругой, которая когда-либо была у Хлои.

Если она так много значит для моей сестры, то в этой девушке должно быть что-то особенное.

Хлоя умирает. Конечно, ее легкие, должно быть, уже разбиты от всего этого смеха.

Она вытирает слезы, текущие из уголков глаз, и хрипит.

— О боже мой. Как может книга в такой милой обложке быть такой грязной?

— Я не знала! — Я смеюсь вместе с ней.

— Ты говорила мне, что не читала книг с тех пор, как тебе исполнилось двенадцать.

— Именно. — Она машет ромкомом в воздухе. — Тебе нужно написать книгу, подобную этой. И посвяти это мне.

Хлоя хлопает меня книгой по колену.

— И ей бы это понравилось! Ты должна написать непристойную историю. Я вызываю тебя на это.

Ну и черт. Никто из нас еще не отказывался от вызова.