Только второй принадлежал к элите; бравировал ли сим фактом — вопрос другой. Пока же командир части (не Московского военного округа, а значит, провинциал, шепнувший начальнику штаба Ковалю: «Начальство подобралось к нашим задницам в кожаных презервативах») не догадывался об истинной миссии Артемова и его оперативной команды; офицеры ГРУ к этому времени покидали свои места в машине и как бы рассредоточивались на небольшом плацу возле штаба центра, беря в кольцо командира части и начальника штаба. Похоже на арест.
Командир части Сергей Кондратов загодя приказал подготовить и предоставить в его распоряжение всю документацию, касающуюся мероприятий, связанных с выполнением приказа начальника Генерального штаба «о создании отдельного экспериментального подразделения спецназа, способного создавать на территории противника активно действующий фронт». Что сделано, что подготовлено, что планируется провести в обозримом будущем. По большому счету совесть командира части была чиста, как страница новенькой тетради.
На самом же деле она была похожа на выдранную страницу из дневника двоечника. Была ли в том вина самого командира учебного центра?..
Именно на этот вопрос он и пытался дать ответ. Пока что себе."
"Вообще же идея начальника Генштаба была не нова. Так, в приказе по агентурной разведке № 001 наркома обороны СССР за 1945 год «требовалось по мере приближения к территории Германии усилить разведывательно-диверсионную деятельность и увеличить число забрасываемых в тыл противника разведгрупп»[7].
Оперативное совещание проходило в кабинете командира части. Стены оклеены новенькими под дуб обоями, плотные гардины не пропускали уличного света, столы стандартные: те, что примыкали к столу командира, были длинными и на пару-тройку сантиметров ниже.
Со стороны учебного центра в оперативке принимали участие: командир части полковник Кондратов, начальник штаба подполковник Коваль, помощник начальника штаба полка (части) по разведке подполковник Ерошенко, зам по воспитательной работе майор Мытник, начальник особого отдела штаба майор Тимашев и начальник строевой части Алексей Сидоркин.
Даже не были приглашены командиры обоих батальонов. Что поначалу удивило местных офицеров. Но только поначалу.
«Моль».
Это название и стало оперативным именем искомого лица.
— Вы уверены, товарищ полковник? — нарушил затянувшееся молчание начальник штаба.
Артемов и на нем испытал свой проницательный взор.
