И если это все, что требуется, тогда вперед! Наверняка найдется еще немало подобных вещей, от которых я смогу легко отказаться, чтобы взамен получить время.
Но как только я начал ощущать, что мое общение с дьяволом действительно дарит мне капельку надежды, Алоха, уставившись на две коробки шоколадного печенья, спросил:
– А что, это и в самом деле вкусно?
– Достаточно вкусно, – ответил я.
– Ясно…
– Ты когда-нибудь пробовал это?
– Нет.
– Тогда попробуй."
"– Нет, спасибо. Мне не подходит человеческая еда.
Она на вкус… Я не знаю…
– Правда?
Я уже собирался было спросить его, чем питаются дьяволы, но решил попридержать свое любопытство. А потом, похоже, дотошность Алохи взяла над ним верх: он схватил коробку с шоколадными грибочками, понюхал и уставился на крошечное печенье. Снова понюхал его. А затем с опаской поднес печенье ко рту и, крепко зажмурившись, затолкнул его в рот.
Тишина. Приглушенный хрустящий звук. В комнате раздавалось только чавканье Алохи, жующего шоколадное печенье.
– Ну как? – спросил я осторожно. Но глаза Алохи были закрыты, и он хранил молчание.
– Ну как? Вкусно?
Алоха словно потерял дар речи, лишь издал какой-то едва различимый звук, продолжая жевать.
– С тобой все в порядке?
Снова невнятное бурчание.
– Может, мне вызвать скорую или врача?
– М-м… вау, это было так хорошо!
– Правда?
– Что туда кладут? Они просто великолепны! Ты уверен, что хочешь избавиться от них? Какая потеря!
– Минуточку, ты же говорил, что я должен сделать так, чтобы они исчезли.
– Ну, не знаю. Если я так сказал, то это была явная ошибка. Я даже не подозревал, какие они вкусные.
– Но если я не откажусь от чего-то, я умру! Разве не об этом ты мне говорил?
– М-м, ну, можно сказать и так.
– ОК, тогда я избавлюсь от них.
– …Это твое окончательное решение?
Казалось, Алоха был по-настоящему огорчен. У него был понурый вид.
– Да.
Я уже начал испытывать к нему жалость, но мой ответ был однозначным.
– ОК. Но только еще одно! – выпалил Алоха.
– Что?
– Можно я возьму еще одно печенье? Это будет последнее, клянусь.
Алоха казался таким трогательным, в глазах его отражалась мольба. Похоже, он и вправду пристрастился к шоколаду. Украдкой, надеясь, что я не замечу, он схватил еще несколько печений и набил ими рот, наслаждаясь их вкусом.
Прожевав, он снова заговорил:
– М-м, знаешь, я не смогу сделать это.
– Почему?
– Это было бы преступлением избавиться от такой вкуснятины.
