Если желания не сбудутся

— Ну, вот видишь… — Милош смотрит на Симу, застывшую в ужасе. — Плата принята, а значит, быть по слову твоему.

Сима кивнула, едва сдерживая слезы. Машину она любила и представить не могла, как ей теперь передвигаться по городу в прежнем темпе.

— Интересно, что бы они с меня взяли за оживление Сэмми.

— Поверь мне, тебе лучше не знать.

Они вышли из квартиры, и дверь в соседнюю квартиру тоже открылась. Из нее показалась Таня, вслед за ней вышел Николай. Увидев Милоша, Таня отшатнулась, но брат не дал ей сказать ни слова.

— Дома поговорим.

Таня кивнула, Николай смущенно переминается с ноги на ногу.

— Там дерево упало, мы видели…

Сима кивнула. Она тоже это видела.

17

— Запах от тебя… Погоди, я застелю сиденье. — Реутов засмеялся, глядя на исхудавшего напарника. — Отощал ты, брат.

— Жрать ничего не мог, сослался на то, что живот болит. — Виктор схватил из рук Реутова бутылку пива и пакет из «Макдоналдса». — Думал, помру. Слушай, мне надо где-то помыться, Райка меня в таком виде домой не пустит.

— В отделе помоешься, вчера сделали горячую воду.

— Починили?

— Сам Бережной нагоняй давал ремонтникам, починили. — Реутов открыл в машине окна. — Извини, Витек, но воняешь ты как настоящий бомж.

Так, переругиваясь и поддевая друг друга, они заехали в служебные ворота на внутреннюю стоянку, и Виктор, утолив голод, ринулся к двери.

— Эй, а куда это ты собрался, ну-ка стоять! — Голос дежурного сержанта гулко взлетел под потолок.

— Привет, — Виктор взглянул на входящего в дверь Реутова. — Вот, дожился, едва в обезьянник не угодил, видал бдительность?"

"— Так не признал, простите. — Дежурный засмеялся. — Зато нам вчера в душ горячую воду пустили, отмоетесь. Там у ребят мыло конфискованное лежит и разные одноразовые бритвы, я схожу принесу вам, целые ящики этого добра, пока не пересчитывали.

— Так принеси, Куликов, а не стой. — Реутов ухмыльнулся. — А одежда майора Васильева у меня в кабинете, зайдешь, заберешь и принесешь ему.

Молодой сержант кивнул второму дежурному — приглядывай, мол! — и исчез на лестнице, ведущей в подвал, где располагался склад вещдоков. Реутов и Виктор направились к лестнице, ведущей наверх. Там же были общие душевые, коих так жаждал Виктор. Щеки его, покрытые отросшей щетиной, безбожно чесались, а от запаха немытого тела и грязной одежды он ощущал тупое раздражение.