Если желания не сбудутся

Ведь когда-то она дала себе слово, что никто и никогда больше не будет обращаться с ней дурно, она этого просто не позволит.

Но теперь вдруг стало ясно, что она, по сути, всегда уклонялась от прямой конфронтации. В детстве это было продиктовано правилами выживания, она не могла открыто конфликтовать со взрослыми, имеющими по отношению к ней неограниченные права, — и когда она повзрослела, то просто ушла. Уклонилась от прямого конфликта, и тогда это решение было правильным, но, как оказалось, применять данный метод во всех жизненных случаях не всегда хорошо.

И теперь Сима понимает, что так, как раньше, вести себя больше не будет. Это словно Сэмми оставил ей в наследство свою отвагу, и теперь пасовать перед агрессором Сима просто не может. Вот — не может, отныне и навсегда. И не важно, что в ней метр шестьдесят пять роста и весит она сорок семь килограммов, что вкупе с рыжеватыми кудрями и синими глазами в длинных рыжеватых ресницах выглядит не слишком грозно. И пусть это выглядит вообще как угодно, только теперь Сима никому не позволит собой помыкать и убегать с поля боя больше не намерена.

— Пришел сюда, обыск устроил. — Сима презрительно морщится, вспоминая жалкое зрелище метаний ревнивца. — Юля ему кольцо бросила и уехала к маме.

Сима посторонилась, и Николай вошел.

— Я знал, что рано или поздно этим закончится. — Он уселся на кухонный табурет, опасливо поглядывая на стерильные поверхности. — Они еще когда только переехали сюда, замечал я, что Пашка жене не слишком доверяет, мягко говоря.

А старуха сразу сообразила, что к чему в этом раю, вот кто все всегда обо всех знает. Ну, и науськала Пашку, а ему, дураку, много ли надо? Поймать на горячем — не поймал, а еще больше уверился, что не поймал только потому, что хитра Юлька. Он ко мне приходил выяснять отношения, но на мне же где сядешь, там и вокзал, так что ушел он, несолоно хлебавши, я же не беззащитная баба, чтоб со мной можно было в привычной ему манере общаться. Но, видать, грызла его эта мысль насчет меня и Юльки, и я рад, что дверь ему сегодня не открыл, хоть он звонил долго и упорно. А оно вот что получилось.

— Похоже, здесь все обо всех все знают. — Сима понимает, что надо бы гостю что-то предложить, но сомневается, что он станет есть растворимый суп. — И все делают вид, что ничего не происходит.

Николай отвел глаза — Сима задела его за живое."

"— Ты понимаешь, влезать в семейные разборки не с руки: супруги помирятся, а ты будешь врагом.