Если желания не сбудутся

Раскручивай дело и занимай мой прежний кабинет, мне нужен толковый человек на этом месте, подполковник Егоровский хороший сотрудник, но должность эта не для него. Неподходящее время для такого разговора, да когда оно подходящим будет? В общем, перспектива такая, а на очередное звание я тебя вчера подал, так что думать и взвешивать я тебе не дам, как хочешь. Нет у нас времени на раздумья, так-то.

— Я?! — Реутов растерянно смотрит на Бережного. — Андрей Михайлович, да я никем не руководил никогда! Как же я…

— Справишься.

— Пока в отделе, а там посмотрим.

— Ну, не буду тебе мешать. А на почте поинтересуйся, да.

Бережной вышел, осторожно ступая среди разбросанных вещей, чтобы не нарушить целостности картины. Реутов с тоской подумал, что торчать ему сейчас в этой клоаке несколько часов, а то и до утра, ведь обязательно нужно найти то, что убитая прятала в своей квартире, — ну, кроме трупа.

— Извини, Дэн, но что-то меня плющит не по-детски. — Семенов виновато взглянул на коллегу. — Всякое видел, но такое…

— Перестань об этом думать и давай поищем, пока не нагрянула остальная кавалерия и не начала путаться под ногами. — Реутов вспоминает стерильную квартиру Симы и вздыхает. — Открой форточку, что ли, я скоро от этой вони скончаюсь.

Семенов с готовностью бросился открывать форточки, а Реутов прошел в следующую комнату. Здесь царил такой же беспорядок, а кровать с грязным свалявшимся бельем свидетельствовала о том, что старуха спала именно здесь. И судя по грязным чашкам и тарелкам, во множестве расставленным по всем доступным поверхностям, ела она тоже здесь.

Морщась от отвращения, Реутов сбросил на пол подушку, одеяло, туда же полетели простыня и матрац. Под матрацем оказалась панцирная сетка, проржавевшая и продавленная, и в самой нижней ее точке лежали картонные папки, туго чем-то набитые, на первый взгляд — бумагами.

Папка была набита не бумагами, а долларовыми купюрами, лежащими между листков бумаги.

Реутов взял один из листков — стандартный лист канцелярской бумаги, исписанный мелким почерком."

"— Да она тут записывала все, что видела! — Он присвистнул.