– Ты же сама понимаешь, что произошло.
- Он мой муж!
- Думаешь, у него такая любовь, если готов пустить под откос жизнь твоего сына? Да ни один мужчина нормальный так не поступит. Подбил парня на грабеж, а сам сбежал. Ты пойми, это мне следак нормальный достался, а нет – пошел бы Денис по судам. И кому говорить спасибо – твоему горячо любимому мужу.
- И чего хочешь? Выставить его за дверь?
- Ответь, - согласился Роман. – Только не говори, что я с вами. Пусть спокойно едет домой, скажи, что все обошлось.
Оля недоверчиво смотрела на брата, а потом бросила взгляд на сына.
- Я не шучу, Оль. Сейчас обошлось, но потом, сама понимаешь. Не собираешься же ты носить передачки Денису?
- Да, - ответила она. – Почему не брал телефон?
Она выслушала его, но Роман не слышал, что именно говорит собеседник.
- Нет, с Денисом все нормально. Его отпустили, там знакомый у меня работает. – Она снова замолчала, слушая. – Ну какой, в школе вместе учились. Ну и что, что не говорила, сама не знала. В общем, нормально все, приезжай.
Я тебе котлет нажарю.
- Паршиво? – спросил Роман, когда она обреченно уронила голову на грудь.
- Отвали.
Они быстро доехали до ее дома, и Роман припарковал машину подальше. Они устроились на кухне, ожидая Егора. Оля действительно нажарила котлет, разогрела суп и нервно мерила комнату шагами.
- Не придет, - грызла она заусенец, - не то радуясь, не то переживая, но он пришел. Увидев Романа, Егор бросился обратно к двери, но был сбит с ног.
- Слезь, падла, - орал он мужчине.
- А чего бежишь? – сдавленно спросил Роман.
- А чего догоняешь?
- Инстинкт.
- Ну вот и у меня, - сипел Егор, прижатый к полу.
Роста он был ниже Романа, да и комплекцией меньше, а потому, придавленный телом сверху, не мог выбраться.
- Думал, пришел в семью, науськал, и за них заступиться некому? Оля, неси пояс, - скомандовал он сестре. Она стояла испуганная, не зная, чью сторону принять.
- Не смей, Олька, слышишь? – горлопанил Егор.
- Ну, - призывал ее Роман.
- Забыла, как клялась мне: и в горе, и в радости? – пошел ва-банк мошенник.
- Ой, - сползла та по косяку, закрывая от окружающих руками слезы. Разумом она понимала, что Егор ведет их по тонкому лезвию, и в любой момент будет обрыв, с которого они полетят все вместе. Но бабье сердце щемило в груди, сопротивляясь здравому смыслу.
- Если хочешь – я его отпущу, - вздохнул Роман, понимая, что, сдай он Егора в полицию против ее воли, и без того натянутые отношения с сестрой станут еще хуже.
