Этан с Афона

Нет — разбитый о вершину дуба в 25 метрах от земли. Одни лопасти погнуты, других вообще нет. Полуразвёрнутые крылья смяты, зияют распахнутые дверцы; у Этана чуть не разорвалось сердце при виде болтающихся привязных ремней пилота. Ветер вздохнул, ветви зловеще скрипнули, и зеваки из осторожности быстро отступили на шаг. Этан прорвался сквозь толпу. Крови на мостовой нету…

— Эй, мистер, вам бы лучше не стоять там!

— Это мой флайер, — сказал Этан. — Там, на этом чёртовом дереве…

Он откашлялся, чтобы голос, прозвучавший на октаву выше обычного, вернулся к нормальному регистру.

В этом зрелище действительно было что-то захватывающее. Он с усилием оторвался от созерцания, резко повернулся и схватил за куртку водителя машины-буксировщика.

— Где водитель этого…?

— У, они его уже давно увезли.

— В Центральную больницу?

— Да нет. Ему-то незачем было туда. Его приятель разбил лоб, но его вроде просто отправили домой на машине скорой помощи. А водителя, наверно, в полицейское управление. Он песни пел.

— Вы сказали, что вы — владелец этого транспортного средства? — на Этана надвигался человек в форме городского управления парков.

— Да. Я — доктор Этан Эркхарт.

Парковый служащий вытащил комм-панель и начал заполнять графы какого-то документа. — Вы отдаёте себе отчёт, что этому дереву почти двести лет? Его посадили сами Отцы-Основатели! Это невосполнимая историческая ценность! А теперь оно расколото почти до середины…

— Фред, готово! — закричали сверху.

— … ответственность за повреждения…

Заскрипело под тяжестью дерево, сверху зашуршало, толпа ахнула — раздался пронзительный скулящий звук, это антигравитационный двигатель внезапно заработал не в фазе…

— А-а-а, чёрт! — донеслось с вершины.

Толпа, предостерегающе крича, бросилась врассыпную.

«Пять метров в секунду, — несуразная мысль истерически билась у Этана в голове, — умножить на двадцать пять метров, и на сколько же килограммов?»

Флайер грохнулся носом вниз на гранитные булыжники мостовой. От удара по красной обшивке звёздами разбежались трещины — от носа до хвоста.

Стало тихо. В тишине Этан ясно услышал тоненький потусторонний звон — это дорогая электронная начинка в падении догнала корпус и улеглась в нём на вечный покой.

Ноги несли Этана по коридору Севаринского Центрального полицейского управления. Янос испуганно повернул белокурую голову на звук шагов.

— Ой, Этан, — жалобно сказал он. — Если бы ты знал, какой у меня сегодня паршивый день был.