Этан с Афона

Она нетерпеливо помогала ему с незнакомыми застёжками и крючками, потом опять усадила на антигравитационную платформу. Он чувствовал себя отсталым четырёхлетним ребёнком. Потом наёмница исчезла ненадолго, чтобы убедиться, что путь свободен, и наконец они покинули дворец никем не замеченные, как и вошли, и двинулись в путь через лабиринт Станции.

Этан подумал, что по крайней мере он больше не чувствует себя так, будто его мозги плавают в сахарном сиропе в отдельной банке. Мир теперь расступался перед ним с ясностью, не превышающей обычного уровня, и от разноцветных предметов у него в глазах не начинали полыхать огни, оставляя за собой обугленный след.

Это была удача, потому что комбинезон станционного техника и ботинки, что принесла ему Куинн — прикрыть афонскую одежду, — были ярко-красного цвета. Но волны тошноты всё ещё пульсировали у него в желудке, как приливы и отливы под влиянием Луны. Он сидел, скорчившись, стараясь, чтобы центр тяжести его тела был как можно ниже над платформой. Ему смертельно необходимо было поспать больше, чем те три часа, которые подарила ему наёмница.

— Нас же увидят, — попытался возразить он, когда она свернула в людный коридор.

— Только не в этой одежде. — Она кивнула на его комбинезон. — В комплекте с платформой это самый настоящий плащ-невидимка. Красную униформу носят работники Доков и Шлюзов — все будут думать, что вы — носильщик и везёте груз на платформе. Главное, не раскрывайте рта и не ведите себя как планетник.

Они въехали в большое помещение, где ровными рядками располагались тысячи морковок.

Гидропонные опрыскиватели не переставая орошали их, и капли конденсировались на белых бородках корешков. Пышная зелёная ботва купалась в лучах искусственного освещения. Куинн сказала, что через эту комнату путь короче. Воздух здесь был прохладный и влажный, и чуть отдавал химикатами.

У Этана заурчало в желудке. Куинн, не переставая управлять платформой, взглянула на него.

— Кажется, я зря съел тот батончик, — мрачно пробормотал Этан.

— Только, ради бога, не вздумайте блевать здесь, — умоляюще произнесла она. — Или воспользуйтесь…

Этан решительно сглотнул. — Нет.

— Как вы думаете, может, от морковки Вашему желудку полегчает? — не отставала она. Она потянулась вбок, отчего платформа угрожающе накренилась, и вырвала одну морковь из проплывающего мимо ряда. — Держите.

Он нерешительно взял мокрый волосатый корнеплод и сразу сунул в один из многочисленных застёгивающихся карманов комбинезона.