Этан с Афона

— И, конечно, с применением лекарственных средств.

— Э… ну, это обязательно для всех, кто добровольно поступает работать в разведку. Несмотря на все добрые намерения, человек может быть двойным агентом, да так, что сам он об этом подозревать не будет.

— Короче говоря, допрос с применением всех возможных средств.

— Ну, все возможные средства будут лежать наготове, конечно. На случай, если вдруг понадобятся.

— И их применят. Если они вдруг понадобятся.

— Только не на наших собственных людях.

— Мадам, когда эта штука, — он коснулся лба, — активизируется, я становлюсь совершенно другими людьми.

Её запал как будто частично угас, под действием сомнений.

— А если я решу не ходить к вам — что вы тогда сделаете, коммандер Куинн?

— О… ну… — Этан подумал, что она выглядит точно как кошка, которая притворяется, что она вовсе не сидит в засаде у мышиной норки. — Вы ещё не убрались со Станции Клайн. Миллисор пока на свободе. Может, мне ещё удастся оказать вам одну-две услуги…

Интересно, это была угроза или подкуп?

— А взамен, может быть, вы захотите поделиться со мной какой-нибудь информацией о Миллисоре и цетагандийской разведке.

Этан представил себе кошку, которая приносит задушенную мышь и гордо кладёт хозяину на подушку.

Си, должно быть, вообразил себе тоже что-то в этом роде, потому что он саркастически спросил:

— А моё мёртвое тело ему не подойдёт?

— Это ему подойдёт значительно меньше, — заверила Куинн.

— Что вы, слепые щенки, знаете о подлинных мыслях человека? Что вы вообще знаете? А когда я смотрю на вас, вот так, вслепую — что я могу знать?

— Видите ли, нам именно так и приходится составлять суждения о людях, — медленно произнесла она. — Мы судим по делам, по словам и по внешности. Мы интуитивно догадываемся. Мы доверяемся, если угодно. — Она кивнула на Этана, который, движимый совестью, кивнул в ответ, хотя, по правде сказать, ему совершенно не хотелось поддерживать никаких её аргументов.

Си начал ходить взад-вперёд.

— Человек может действовать против своей воли или лгать вынужденно. Из страха, или по другим причинам. Я знаю. — Он повернул раз, другой. — Я должен знать. Я должен знать.

Он остановился и пронзил их обоих взглядом человека, пытающегося что-то разглядеть в кромешной тьме.

— Достаньте мне тирамин. Тогда будем разговаривать. После того как я узнаю, что вы собой представляете на самом деле.