Эти Золотые мальчики

Она, вероятнее всего, назовет эту сцену прелюдией.

– Отвали от меня! – говорю я пусть и не громко, но властно, что не позволит ему неправильно истолковать серьезность моих слов.

– Отвалить от тебя? – недоверчиво спрашивает он, отстраняясь и приподнимая бровь. – Но я только начал.

В этих словах заложено обещание, и они наполняют мою душу ужасом. Потому что, без тени сомнения, я знаю, он говорит серьезно.