Это Моя Земля!

Вид у автомата уж больно характерный: когда оружие где-то долго лежит без должной консервации, просто в промасленные тряпки завернутое, например, оно как бы тускнеет, цвет становится такой, будто мелкой-мелкой пылью припорошило, да плюс ржавчина, да еще разные признаки, знакомому с вопросом человеку сразу в глаза бросающиеся. А еще у автомата отсутствовали все клейма. Ни штампа завода изготовителя, ни года, ни номера. Все старательно вытравлено какой-то кислотой. Ну, в чем точно можно быть уверенным, так это в том, что парочка «бычков» этот автомат не с какого-нибудь милиционера или солдата сняла, он явно много лет где-нибудь на антресолях, в гараже или подвале провалялся.

В принципе, в любом случае владение им незаконно, но, учитывая творящееся вокруг…

— Вы автобус пригнали?

— Мы. Я в «путяге» на водителя автобуса учился, запомнил кой-чего, — не стал отпираться тот, который «Ванечка, сынок» и кивнул на окровавленный «Ниссан». — В наше-то, корыто, один фиг много бы не влезло. Да еще Бобон, дурило картонное, удружил.

Говорили ему: «Сиди внутри и жди». Нет, решил в Рэмбу поиграть… И самого захавали, и машину ухайдокали, почти новую, мля. Осел!

Сплюнув в направлении кровавого пятна, оставшегося от «героического» Бобона, бандит, слегка крякнув, присел и вытащил из под «Экстрейла» весьма бодрого вида ТТ.

— Еще пригодится, — с вызовом глянул он на меня, засовывая пистолет за брючной ремень спереди.

— Яйца себе не отстрели, рейнджер, — ухмыляюсь я, приняв окончательное решение на их счет.

 — С патронами у вас как?

— Да так себе, — снова честно признается бандит «Ванечка».

— Ясно. Тимур, — оборачиваюсь я к стоящему прямо возле десантного люка бронетранспортера Гумарову. — Ящик «пятеры» достань.

Тот, явно уже и сам сообразил, что к чему, поэтому молча достает из нутра БТРа ящик из светлого дерева с многочисленными черными надписями по трафарету и протягивает его второму бандиту.

— Это чо, ты типа нам отдаешь? — изумляется тот.

— Ага, — припоминаю я мультик про Винни-Пуха и гнусавлю, подражая Мудрой Сове, — Безвозмезддо, то есть дадом.

Не очкуй, не подстава, а подарок от всего сердца. Тут две тысячи сто шестьдесят патронов. Не много, конечно, но, уж чем могу. Правильные вы внутри мужики, хоть и бандиты.

— Ну, мент, ты даешь, — разводит руками изумленный «Ванечка». — Не ожидал, мля буду. А начальству своему что скажешь, если спросят?

— А они не спросят, скорее всего, — отмахиваюсь я.