Это несерьёзно

Его сарказм — защита, это неприятно царапает, и если раньше я бы обиделась и ушла, то сейчас думаю по-другому.

— Ты можешь взять меня с собой? Туда, где живешь и работаешь.

Он моргает. Выглядит ошарашенным.

— Крис, — зовет по имени, предостерегающе покачав головой.

Оглядывается по сторонам, как будто я впервые сказала что-то не по плану. Что-то опасное.

— Я хочу поехать с тобой. Быть с тобой. Ты говоришь, что это опасно, но я почему-то уверена, что рядом с тобой — самое безопасное место на свете.

Демьян отказывается, но я понимаю, что не рубит, а будто осмысливает эту идею, держит на языке, пробует на вкус.

— Мою личность скоро сотрут. Не поступай так со своей.

— А если я соглашусь? Если тебя выберу?

— Я много работаю, тебе будет… одиноко. С тобой может что-то случиться. Абсолютно нет.

— Но я хочу попробовать.

— Там не лучшее место для девочек.

— Откуда ты можешь это знать?

— Что если меня убьют? Что будет с тобой?

— Твою мать, Баженов.

— Это мой путь, я всю жизнь к этому шел, иначе быть не могло. Ты ведь знаешь, какой я внутри. Черные звезды сами собой не возникают.

Пялимся друг на друга.

— Птенец, — произносит он спокойнее. — Я тебя люблю. Люблю так сильно, что… я когда просто на тебя смотрю, у меня кровь кипит. Я люблю тебя и как друга, и как женщину — это вместе что-то невероятное. Ты самый близкий и родной мой человек. Самый важный. Ты единственная, с кем я хотел бы детей. Очень хотел бы.

— А я не могу без тебя.

— Давай так. Ты обещала, что воспользуешься эмбрионами не раньше чем через десять лет, если все еще захочешь. Сдержи свое слово. Если я почувствую, что стало безопасно, я за тобой вернусь. И если к тому времени ты не передумаешь, то поедешь со мной.

— Но ведь ты никогда этого не почувствуешь из-за той девушки. Аси Гришиной. Я уже все поняла. Ты спрашивал у своих новых друзей? Может, они знают, что с ней случилось?

— Спрашивал.

— Если ты сейчас уедешь, я тебя возненавижу.

— Пусть ненависть даст тебе силы на новую жизнь.

Демьян встает, делает шаг в мою сторону, но я отворачиваюсь, давая понять, что прощальных обнимашек не будет. То, о чем мы с ним договаривались ранее, неосуществимо — я никогда не смогу научиться спокойно его отпускать.

Баженов стоит несколько секунд, после чего выходит из кафе, за ним следуют еще шесть человек.