Это несерьёзно

Это ли не повод для гордости? Заслужить ее расположение и делать ее счастливой каждый день своей жизни.

Кристина доверчиво обнимает, ее хрупкость и девичья нежность лишают воли. Время замедляется. Я зацеловываю ее шею, грудь, живот и ниже. Не могу и не хочу останавливаться. Самого прошивает диким кайфом, пока трогаю, ласкаю, беру. Пока дышу ее запахом.

Крис вдруг всхлипывает, и я замираю. Внутри все обрывается, вскидываю глаза.

— Малыш? Передумала?

Передумала лететь со мной в Азию. Передумала жить со мной.

— Вспомнила, как проснулась, а тебя нет.

— Эй, — улыбаюсь. Поднимаюсь выше и целую ее в лоб. — Я тебя ласкаю, а ты представляешь, что меня нет? Это такой новый кинк?

Она спросонья хрипло смеется, но обнимает крепко, впивается ногтями в кожу до боли, которую я тоже проживаю, поглаживая Крис везде.

— Только, блин, попробуй исчезнуть, оправдываясь, что так для меня безопаснее. Только попробуй, Демьян.

Качаю головой, прижимая Кристину к сердцу. Ради того, чтобы быть с ней, я победил реальных демонов, а она, чтобы быть рядом, — одолела моих внутренних.

— Серьезно и навсегда? — предлагаю.

Крис показывает безымянный палец с колечком, которое я еще полгода назад купил для нее, но, отправляясь рушить Звезды, решил не связывать ее помолвкой. Мало ли что? Она не просто девушка моей мечты и жизни, она мой самый близкий человек, ее счастье — первостепенно, со мной или без.

Она — это целый мир. Бескрайний космос. Хотя зачем нам космос? Эра Звезд закончилась, киберпространство контролируют Гризли.

— Серьезно и навсегда? — повторяю предложение, заглядывая в глаза Крис.

— Совершенно серьезно, Демьян Гризлиевич. И… я плавлюсь от мысли, что навсегда!

— Вот это принцесса. Вот это звездочка родилась у папы с мамой, вот это… потягуши-потягуши. Красавица наша. Вот это ты зеваешь, вот это рот.

Улыбаюсь, слушая мужа. Демьян обращается не ко мне, разумеется, со мной он хоть и нежничает, но не сюсюкает.

Наша дочка проснулась.

Я открываю глаза и вижу Демьяна у пеленального столика. Уже переодетая Лиза кряхтит, машет ручками, пока Демьян фотографирует ее со всевозможных ракурсов. Смотрит при этом с таким восхищением, что сердце сжимается. Топит счастьем. Он любит дочь с первой минуты, ей всего четыре месяца, а в его мобильнике, клянусь, миллиард ее фотографий.

Лиза начинает волноваться, и Демьян аккуратно берет ее на руки.