Это несерьёзно

Следующие четыре года он со мной не разговаривал. Вообще. Никак.

Это был важный урок. В тот день я понял, что чужие тайны способны разрушить мою жизнь. Иногда их стоит беречь получше своих собственных.

Секреты — это рычаги власти, но, завладевая ими, ты платишь колоссальную дань.

Долгое время казалось, что хороших людей попросту не существует, а потом, повзрослев, я осознал, что нет идеальных. Но куча — достаточно неплохих.

Вот, например, Марк Росс. Не убийца, не насильник, девки у него всегда хоть и юные, но совершеннолетние.

На мой взгляд — нет. Потому что Кристина — единственная, кого я считаю идеальной.

В последний раз я взламывал Крис, когда ей было четырнадцать. В чате ее друзей меня попытались выставить в дурном свете, она попросила прекратить. Ей предложили выбрать сторону. После чего Кристина вышла из чата. Навсегда.

Потому что, как бы там ни было, мы все делимся на овец и волков. Овцы молча наблюдают за тем, как жрут особей из их стада, радуясь, что печальная участь их самих… пока миновала.

— Я отвезу тебя в гостиницу и домой поеду, нужно кое-что проверить, — говорю ей, когда подходим к машине.

— Для Алекса? — хмурится она.

Не ошибся. Крис поняла: кое-что происходит.

— Ну да. Ты не обидишься? Он позвонил пару часов назад, уже из аэропорта. Но к вечеру я освобожусь.

— Давай встретимся в баре за час до концерта.

— Да. Пожалуйста. Умоляю.

Она приподнимается на цыпочки, а я смотрю в ее глаза. Долго. Просто не могу оторваться.

Кристина улыбается, достает телефон и проверяет сообщения. Я пожимаю плечами и выдаю какое-то банальное:

— Волосы — ужас! Это ж надо было так скакать! — Я стараюсь хоть как-то пригладить прическу.

— Ты охуеть красавица, — летит в спину и ударяет так внезапно, что оборачиваюсь.

Баженов идет позади как ни в чем ни бывало.

— Даже так? Спасибо за комплимент.

— О. А давай я тебя сфотографирую.

Он останавливается резко, включает камеру на своем телефоне, но я протестую.

— Не надо! Зачем?.. Хотя давай, ладно. Только на мой.

— Как скажете, миссис.

Он берет мой мобильник, а я подхожу к мосту, позирую. Демьян хитро прищуривается, я улыбаюсь, а потом сгибаюсь пополам и хохочу! Стараюсь выпрямиться, хватаюсь за перила. Он тоже хохочет.

Фотографирует. Снова. И снова. И снова.