Это несерьёзно

Сохранить такое на долгий период невозможно. Поэтому я за свободу.

— Возможно сохранить, — говорю я.

— Невозможно, — возражает он.

— Полиамория? — вклинивается Зоя.

— Не обязательно, но вполне допустимо.

— Не представляю, как с такими разными подходами к жизни вы дружите! — ахает Гуля.

Мы с Демьяном снова переглядываемся.

— Окей, — произносит он, двигается ближе. — По статистике, чтобы завести друга, нужно провести с человеком вместе пятьдесят часов. Лучшего друга — триста. У взрослых людей, у которых работа, дети, ипотека или… стартап, такого ресурса физически нет, поэтому очень часто лучшие друзья — это те, кого мы находим в детстве, в школе, в университете.

— Демьяна я нашла в детстве, — подхватываю. — Мы пробыли вместе куда больше, чем триста часов. Наверное, много тысяч. Я полностью уважаю его выбор, а Демьян — мой, в этом наш секрет.

— На сто процентов. Потанцуешь со мной? Я поеду уже.

Он протягивает руку, и я ликую! Вкладываю свою ладонь в его. Мы идем на небольшой танцпол, я обнимаю Баженова за шею, а он меня — за талию.

— Спасибо тебе, — шепчу. — Все прошло чудесно.

— Спасибо тебе, — отвечает Демьян.

— У тебя тоже нет свободных трехсот часов, чтобы завести нового лучшего друга? Б — безысходность.

— Ты мне нужна, птенец, — улыбается он.

Сердце, кажется, таким огромным становится, что теплом и счастьем распирает. Если это не любовь, то я не знаю что.

— Ты мой самый лучший друг, — говорю тихо.

Обнимаю Баженова крепче, он склоняется и касается носом шеи. Ох господи. Демьян щекочет дыханием, и я улыбаюсь от наслаждения. Ощущаю покой, счастье и безопасность. В этом состоянии и живу следующую неделю, а потом все меняется.

Потому что Демьян не отвечает на сообщения целые сутки. А сутки — это много, слишком много для дружбы. Справедливо решаю, что он заработался или кого-то встретил, влюбился. Все может быть, но я ведь не прошу многого! Пары сообщений будет достаточно.

Маюсь с утра до вечера. Баженов будто бросил меня в тот момент, когда нужен совет по поводу развода с Марком и раздела имущества.

«Да где тебя носит? На кого ты меня променял?» — пишу, отчаявшись.

В шесть утра Демьян скидывает фотографию градусника, на котором число сорок.

Он против того, чтобы я приезжала, причем как-то резко, категорически, но у меня на этот счет другое, свое собственное мнение.