Этот жестокий волшебный мир. Книга 1 (СИ)

Она не стала нежиться в ней, замирая на несколько часов с закрытыми глазами и не добавляла душистых трав, которые так любила. Вместо этого, остервенело терла грубой мочалкой покрасневшую от высокой температуры кожу, всхлипывая от боли и глотая слезы.

Всю ночь ей снились кошмары. Не просто бессмысленные монстры и потрошённые маньяком жертвы, нет. Являлась мама. Она шептала что-то о предательстве, боли, разрывающей на части. Жаловалась на свою страшную смерть и спрашивала, чем заслужила такую участь.

Словно виновницей была Алесана. Маму сменял Сандор, качающий головой, будто отрицающий что-то. Он поднимал к глазам руки и смотрел, как с его ладоней капает кровь. Затем переводил взгляд на нее и указывал пальцем куда-то ей за спину. Она оборачивалась, но не видела ничего, кроме непроглядной тьмы. А потом возникал из ниоткуда Ренар и молчаливо уводил ее родных с толпой поднятых им же мертвецов, бросая девушку одну на черно-буром пепелище.

Эти кадры шли по кругу, словно заезженная старая пластинка.

Из раза в раз движения участников сна становились более резкими, отрывистыми. Они ускорялись, смазывая черты. Фразы выкрикивались громче и яростнее, а проснуться становилось все сложнее. После, наверное, сотого круга все резко замерло. Фантомы, играющие роли самых близких для Алесаны людей медленно оборачивались, смотрели на нее черными провалами глаз и, вторя друг другу, шептали: «Он ближе, чем ты думаешь».

Кто — «он» и почему, после всего пережитого, главными фигурами ее кошмаров стали именно родные? Зачем они являлись ей и о чем хотели предупредить? Или в ярких, словно прожитых наяву кадрах было не больше смысла, чем в обычном, навеянном уставшим сознанием сне?

Алесана не могла ответить на эти вопросы.

Когда жжение на коже стало невыносимым, девушка яростно закричала, со всей силы швырнула мочалку в стену и погрузилась в воду с головой. В сознание тут же ворвался учащенный стук сердца, отбивающий по ушам удар за ударом.

Уже через пятнадцать секунд появилась потребность в воздухе, но Алесана не выныривала, продолжая слушать, как сердце ускоряет свой ритм, норовясь пробиться к воздуху прямо через грудную клетку. Перед глазами заплясали солнечные круги, быстро сменяясь вспышками непроглядной темноты.

И вдруг, невидимая сила поймала за волосы и потянула вверх. Высвободившись из водной толщи, ставшей вязкой, словно клей, Алесана закашлялась с шумом хватая ртом воздух.