Этот жестокий волшебный мир. Книга 1 (СИ)

Ей срочно нужно было оградить себя от опасных проявлений силы, чтобы стать нормальной студенткой и доказать всем, что она не полная дура, коей её начали считать. Если теорию она могла принципиально не учить, то на практике так и тянуло поворожить! Но это было поистине опасно.

Необъяснимые всплески магии Алесана начала ощущать два дня назад. Проснувшись, словно от толчка посреди ночи с ужасом узрела свечение, исходящее от своих ладоней. А утром, она едва успела подумать, что не мешало бы принять освежающую ванну, как оказалась лежащей в ней! Она тогда едва не захлебнулась от неожиданности, сумев выбраться из деревянной тары лишь с третьего раза.

С тех пор, она не снимала артефакт, подаренный деканом даже на ночь. Каким-то чудом, невесомое украшение сдерживало ее силу. Алесана понимала это по ощущению напряжения внутри. Сердце постоянно ускоренно билось, а в голове временами стоял неясный шум.

— Леди Волонская, по зелью вы получаете тройку, — вырвал из мыслей голос Мастера, — оно конечно в корне загублено, но хотя бы не может никого убить… Разве что запахом.

До ушей донеслись пара смешков. В голове вновь начало подниматься гудение.

— Позвольте посмотреть ваши доклады? — небесно-голубые глаза с ожиданием вперились в ее лицо. Было жутко стыдно признаваться во второй раз, что она ничего не сделала. В подтверждение этого, щеки загорелись, мгновенно бросив Алесану в жар.

— Простите, — пролепетала она, отводя глаза, — по пути в библиотеку я…

Договорить на ходу сочиняемую легенду не удалось, так как дверь в аудиторию резко распахнулась, являя взору присутствующих Фабиана. От удивления, Алесана вмиг забыла все, что успела выдумать. Вид у брата был более чем ему не свойственный: взъерошенные волосы, перекошенная мантия, расстегнутый ворот рубашки. Но больше всего пугало выражение лица. Оно было растерянным.

— Мастер, я бы хотел отпросить Алесану Волонскую с пары, — напряженным, будто сдавленным невидимой рукой голосом проговорил он.

Лорна быстро кивнула, скорее всего находясь под впечатлением подобной наглости и отошла в сторону, пропуская резко побледневшую Алесану. Напрочь забыв об учебниках, аккуратно сложенных на крае стола и письменных принадлежностях, она под оглушительное молчание торопливо вышла вслед за скрывшимся в дверях Фабом. Душа стремительно сжималась от предчувствия беды.