Этот жестокий волшебный мир. Книга 1 (СИ)

Со стороны, возможно, все выглядело невинно — сочувствующий утешал рыдающую у него на груди девушку, но в действительности, Алесана изо всех сил пыталась вырваться из стальной хватки. Откуда-то из глубины высвободились эмоции, с таким трудом замурованные в душе: обида, злость, нет — ярость на весь мир, так несправедливо отнимающий ее родных, досада, от собственной беспомощности, растерянность, от кучи вопросов, на которые не было ответов. Все это вместе отдавало звоном в ушах и почти осязаемой болью в душе. Она готова была пустить в ход ногти, зубы, что угодно, лишь бы избавиться от неподвижных тисков, сковавших ее тело, словно смирительная рубашка.

— Успокойся! — прорычал он сквозь зубы, — не заставляй меня причинять тебе боль. Приди, наконец, в себя!

— Отпустите! — в тон ему рыкнула она, — иначе, я закричу! И плевать мне на ваши кровь и титул! Я обращусь в королевский суд и обвиню вас в домогательстве!

Она совершенно не думала, что говорила, но под конец фразы вдруг замерла, испуганно глядя в его глаза.

Шляпка вместе с вуалью давно слетела с головы, открыв ее бледное лицо и растрепанные волосы. Выражение лица Ренара было трудно объяснить.

Мгновение и ее губы накрыл жесткий, требовательный поцелуй. Она даже не пыталась сопротивляться, пребывая от происходящего, словно в невесомости. Хватка Ренара ослабла, одна из рук скользнула вверх по спине, окутывая Алесану необъяснимым теплом. Движения губ замедлились, стали мягче и нежнее, рассыпая перед глазами звездный дождь.

Она не сразу поняла, что поцелуй завершен.

Открыла глаза, наткнувшись на синеву бархатного взгляда.

— Теперь обвинение будет не беспочвенно, — прошептал он, опуская руки.

Что ж, целиком и полностью виновата сама. Она отошла, присела за шляпкой. На фоне фейерверка только что прогремевшего в голове, факт с такой наглостью украденного у нее первого поцелуя бесцветно мерк. Вместо негодования и злости, в полупустом сознании лениво парила одна единственная мысль: терпкий, сладко-горький привкус поселившийся во рту был ей знаком.

Зелье Сакрилла — самое сильное из известных обезболивающих, и от того запрещенное. Она принимала его лет пять назад, когда упала с пегаса и сломала ногу. Единственным в их семье, способным приготовить его был Сандор. На любые расспросы о том, откуда он знает рецепт, брат туманно ссылался на старого друга и сразу же менял тему разговора.

Алесана выпрямилась и сжав черный фетр прямо спросила:

— Кто изготовил вам зелье Сакрилла?

Ренар едва заметно дернул бровью.