Этот жестокий волшебный мир. Книга 1 (СИ)

Он ничего не мог предложить им, кроме неизбежного в конечном итоге краха.

Ойр собрался пойти на попятную, вспомнив «важные» дела, о которых вдруг забыл, но Алесана не позволила воплотить план в жизнь. Ослепительно улыбнувшись, словно выбила воздух у него из легких словами:

— С удовольствием! Если честно, я совсем не знаю города.

Что ж, сам виноват. Тем не менее, в груди потеплело, словно происходящее было исключительно правильным течением событий и по-другому сегодняшний вечер сложиться просто не мог.

— Ну, тогда, как твой декан, я обязан исправить подобное недоразумение.

Набережная, до которой можно добраться от его дома буквально за десять минут была прекрасна. Березово-кленовая аллея, высаженная много лет назад практически на берегу моря, тянулась к серому небу яркими разнолистными ветвями, переговариваясь с ветром и периодически теряя позолоченную и багряную листву. Она, тихо кружась, опадала под ноги, сочетая свой танец с шелестом волн. Ойр часто задавал себе вопрос, кому пришло в голову завозить землю на мелкую морскую гальку, выстраивать основу для будущей аллеи в виде буквально нависающего над волнами моста и растягивать свое творение на несколько километров вдоль берега.

Несомненно, сочетание леса и моря было волшебным и стоило потраченных сил. Здесь людный и оживленный Тир — Линн становился практически пустым, позволяя уединиться со своими мыслями и чувствами.

Хотя сумрак еще не окутал мир, фонари уже освещали мощеную камнем дорожку и резные лавочки у перил.

Прохожих практически не было, лишь раз им встретилась влюбленная парочка, щебетавшая друг другу что-то на понятном лишь им языке и старик, в нахлобученной фетровой шляпе и коричневой мантии.

Алесана молчаливо шла рядом с Ойром. Их рукава иногда соприкасались и ему все время хотелось взять ее за руку. Но пахнущий свежестью воздух уже отрезвил его мысли, лишив терзавших дома эмоций. Ойру просто было хорошо. Он наслаждался запахами, звуками, молчаливой компанией и практически смеялся над своими переживаниями.

Как он мог подумать, что влюблен? С его-то антибрачной позицией. Да еще в кого? В девушку, появившуюся в поле его зрения чуть больше недели назад. Весьма необычную, совершенно не вписывающуюся в бесцветную массу студенток Харбоны, но все же его ученицу. Которой необходима была его помощь.

— Завтра после пар зайдешь в мой кабинет, я назову план наших тренировок. С Мастером Ризандилом я договорился.