Этот жестокий волшебный мир. Книга 1 (СИ)

— Я тебя расколдую. Но мы поговорим ровно столько, сколько я посчитаю нужным.

Вот ведь самоуверенный сноб! На место липкому страху пришла злость и как только серебристый туман исчез, рука сама собой взлетела и всадила по красивому лицу смачную пощечину. От удара голова Ренара дернулась в сторону. Медленно вернулась назад. Глубокий вдох. Прямая линия губ и заигравшие желваки на скулах. Алесана съежилась под взглядом резко потемневших глаз.

— Спишем это на состояние аффекта, — тихо и совершенно спокойно проговорил он, — а теперь, скажи правду на первый мой вопрос.

— А что вы здесь делаете в пять утра?

— Не уходи от ответа.

— Хорошо. И какой же артефакт ты украла у своего декана? Покажи.

Да, к этому она не была готова. Что делать? Показать ему защитный браслет? А вдруг, он соображает в артефакторике и узнает его. Посыплются новые вопросы, заведя Алесану в тупик. Она вздохнула, неожиданно почувствовав сильную усталость. Бессонная ночь и перенесенные потрясения не нашли более удобного случая и напомнили о себе именно сейчас.

— Послушайте, Ренар, я правда не могу тратить время на разговор с вами. Мне срочно нужно попасть к Верховному Мастеру. Это вопрос жизни и смерти.

Он переменился в лице, наклоняясь ближе.

— Для подобных вопросов ты выбрала не совсем верный адресат. Поверь, Ризандил последний, к кому следует идти за помощью.

Алесана нервно сглотнула, не понимая, что именно окутало ее тело горячей волной: слова Ренара или его близость.

— Почему? — прошептала она, вжимаясь в прохладную поверхность за спиной.

Он помолчал, отстраняясь. Осмотрел ее внимательным взглядом.

Алесана нащупала ручку двери, но повернуть ее ей было не суждено. Быстрым движением сунув ладонь в карман мантии, принц взял девушку за руку и утянул за собой в Портал Памяти.

Фабиан чувствовал себя, как после длительного запоя. Словно вновь вернулся в те времена, когда напивался до беспамятства, а на утро прибегал к помощи похмельного зелья, снимавшего все «внешние» признаки ночного рандеву с зеленым змием.

Баловаться выпивкой он начал еще в тринадцать лет. Отец, вечно занятый работой и уделяющий внимание любимому старшему сыну, не замечал ни исчезновение бутылок из погреба, ни с каждым днем становившееся еще более невыносимым поведение младшего. На тот момент Фабиан считал, что у него весомые причины для этого.