Этот жестокий волшебный мир. Книга 2

Неожиданно серьезное, словно не заливался хохотом секундой ранее.

– Это не я объявил тебе войну. А ты подняла восстание против короля, – он наклонился, приблизившись практически вплотную. – И то, что трон занял другой, дела не меняет.

– Ренар, ты меня пугаешь, – голос дрогнул, хотя она старалась держать себя в руках. – Только послушай себя!

Он отстранился и плюхнулся в кресло по ту сторону массивного стола. Сложил пальцы домиком, приготовился слушать.

– Так уж сложилось, что тебе известно о наших истинных отношениях с твоим отцом.

– Что ж, ты отмщена, обидчик мертв. Отойди в сторону и не препятствуй.

– Все не просто. Я не успокоюсь, пока монархия ломает жизни тысячам людей. Это дело моего отца, моего рода. Пойми, короли не будут править этой землей… Помоги мне, Ренар. Откажись от престола, позволь разрушить дворцы и замки, стань во главе новой власти.

– Ты не поняла меня, – он подался навстречу, впиваясь леденящим душу взглядом ей в глаза, – наши планы не совпадают. Либо ты бросаешь свою глупую затею перекроить королевство по своим меркам, либо уйдешь вслед за отцом. Решать ваши проблемы, не мешаясь у меня под ногами.

Элария отшатнулась. В Ренаре говорил не ее сын, а чужой, жестокий человек, порабощенный навьей сущностью.

– Одумайся! Вслушайся в свои слова! Что это?

– Правда. Все честно и без обмана. Чтобы ты не питала напрасных надежд.

Королева сжала зубы, сглатывая неприятный ком в горле. На глаза наворачивались слезы. Обиды, злости, бессилия. Она не хотела подвергать опасности единственного на всем белом свете любимого человека, искала повороты и пути на которых ему причинят наименьший вред, а он… Вот так легко грозится ее убить.

Значит, пытаться идти на мир бесполезно.

– Хорошо, – она встала, – на этом переговоры стоит завершить.

– Тебя проводят, – его губ вновь коснулась улыбка. Повернувшись в сторону двери, Ренар громко свистнул.

– Не нужно, я знаю где…

– Я сказал. Тебя. Проводят.

К душе Эларии подобрался липкий страх. Замерев на пол пути к выходу из кабинета, она послушно ждала провожатого. С ресниц сорвалась слеза, прощекотав дорожку на щеке. Королева не оборачивалась. Не хотела видеть постороннего, занявшего место ее сына.