Этот жестокий волшебный мир. Книга 2

И как Ризандил мог додуматься, что едва только родившийся младенец станет некромантом? – Ойр из всего прочитанного смог выловить лишь это, остальное казалось сплошной бессмыслицей.

– Я долго вчитывался в слова, пытался найти ответы. И сперва мне тоже пришло на ум обратить внимание именно на этот ключ. Но Сынами Света некромантов звали лишь здесь, на Севере, и более двухсот лет назад. Во времена Старых Богов, когда магия вся, без исключения была темной и опасной. Тогда не было даже понятия стихийных чар, колдовство держалось на ведьмах и темных магах.

Любых из них могли так назвать. Сыны и дочери Света – те, кто прикасался к таинственному и неизведанному – к магии.

– Но предсказано ведь это не в прошлом столетии, а сравнительно недавно. Ведунья не могла говорить о том, чего сейчас нет. и скорее всего, расшифровывается все гораздо проще.

Некромант вздохнул, потерев переносицу. Он вдруг постарел лет на десять, превращаясь из мужчины в самом рассвете сил, в измученного жизнью старика.

Видно судьба у него была и правда непростой… Стараниями Ризандила. Немыслимо! До сих пор разум отказывался это принимать. Странно, что после всего зла, что причинил Верховный Эвартам, Артан не стал мстить. И говорил сейчас обо всем так легко, словно давно простил. Но разве подобное заслуживает прощения?

– Я не знаю, – наконец заговорил ректор, – Теперь это ваша головная боль. Надеюсь, оно вам поможет.

Разговор прервал скрип открывшейся двери. Ойр обернулся.

В кабинет вошел высокий статный мужчина во всем чёрном.

Длинные седые волосы никак не соответствовали далеко еще не пожилому возрасту. Теплый карий цвет глаз резко выделялся на фоне мнимой холодности всего его образа.

– Кто тут горит желанием обвенчаться? – веселые нотки в голосе и вовсе внесли диссонанс в общую картину.

Видимо это и есть тот самый Лимерий Кариган – хозяин Витморта.

Когда Ойр ушел, вернее, сбежал прямо из ее объятий, Алесана долгое время сидела на кровати, прижав колени к груди и думала над своими чувствами.

Кто бы мог подумать, она едва не отдалась ему прямо здесь, в чужом и незнакомом месте, на старой, неизвестно кому принадлежащей кровати. Раньше здравый рассудок всегда брал верх над эмоциями, не позволив вытворить нечто подобное. Слишком часто за последнее время она ловит себя на мысли, что ни за что бы так не поступила пару месяцев назад. С тех пор, как чары таинственной стихии пробудились, все катится под гору на бешеной скорости.