Этот жестокий волшебный мир. Книга 2

Мокрый камень под ногами норовил выскочить из-под сапог, но Верховный умудрялся держать равновесие и на приличной скорости следовать в глубь коридора.

По правую руку начали мелькать камеры. В одной из них до сих пор стоял неприятный запах свежей крови, не успевший выветриться после того, как тело мертвого студента убрали в лазарет. Еще предстоит встреча с его родными. Благо, у этого третьекурсника лишь еле сводящая концы с концами мать. Хороший адвокат, способный засудить правление Харбоны, был ей не по карману.

Когда решетки перестали вылавливаться боковым зрением из темноты, Ризандил остановился, поворачиваясь к левой стене.

Провел ладонью по влажным камням рядом с еле мерцающим факелом, нащупал железный прут, торчащий в расщелине между валунами и с усилием нажал на него. Тихий щелчок. Мгновение ничего не происходило, но затем камни пришли в движение, перестраиваясь, отодвигаясь, формируя низкий дверной проем.

Верховный согнулся в три погибели, чтобы протиснуться в него. Прошел немного вперед, и выпрямился, оглядывая небольшую круглую комнату лишенную какой-либо мебели.

Лишь посередине возвышался длинный алтарь, вытесанный из белого мрамора. На нем лежало уродливое тело Химеры.

Кожистые крылья смяты под могучей тушей, когтистые руки свисают чуть ли не до самого пола, изрезанное шрамами лицо повернуто набок.

Ризандил приблизился к алтарю, сжимая и разжимая кулаки. Нужно было размять пальцы перед сложным ритуалом воскрешения. Конечно разум вернуть не удастся, как и запустить заново сердце.

Но вот бездушная марионетка выйдет превосходная.

Несколько раз глубоко вдохнув и выдохнув, Верховный положил одну ладонь на холодный сухой лоб Химеры, а второй нажал на грудную клетку, в район солнечного сплетения. Прикрыл глаза, призывая магию. Темную, опасную, строптивую, как сама жизнь.

Некромант из него всегда был посредственный, но заклинание воскрешения вызубрил еще в юности.

Ничего не произошло. Ризандил повторил заклятье три раза, прежде чем тело на алтаре дернулось, словно ударенное током.

Сжав зубы, надавил ладонями сильнее, вспоминая вторую строку:

Монстр задрожал всем телом, забился в судорогах. Голова замоталась из стороны в сторону, словно шея была лишена каких-либо мышц и костей. Кожа под ладонями стала невыносимо горячей.

Вдруг, все прекратилось. Замерло, окутывая Ризандила в тягучую тишину. Он неотрывно смотрел на закрытые веки Химеры, ожидая, когда те задрожат и откроются. Температура резко спала, кожа вновь стала ледяной.