Ева

Я снова нажал клавишу звонка. Замки загрохотали ещё агрессивней. Пытаясь предупредить выброс разрушительной энергии, крикнул сквозь дверь:

— Скажите хоть, долетела она нормально?

Человек в трусах ничего не ответил по сути. Он пришёл показать кто тут альфа-самец. Он ненавидел всех, кто давит на эту дурацкую кнопку. А тюрьмы он не боялся, даже скучал за товарищами зеками. Он наорал мне много свежих, необычных слов. Эпитет «Гусь» утратил обидный контекст, в сравнении с этими новыми эвфемизмами. А долетела Ева отлично, судя по всему.

Мне следовало её забыть. В прошлую субботу выпал снег. Вместе со снегом свалилась она, на дурную мою башку. Я уже трижды за два дня клялся взять себя в руки. Нехорошая тенденция. Но теперь точно. Железно. В конце концов, мужчина я или пианист.

* * *Выходные дни прожил почти прекрасно. Ездил на работу, набирал тексты. Вечерами рвал фортепианные струны в заведении Ашота. Одна старушка с грустными глазами дала мне пятьсот рублей. Просила больше не играть никогда.

На людях я держался, был вполне себе огурец.

Но дома всё смотрел на её чашку, крутил резинку и придумывал фантастические планы похищения заграничных гражданок. О ней напоминала рубашка в шкафу, чайник, сыр в холодильнике, банка варенья и весь целиком проём двери в спальню. Можно было бы всё переставить, перемыть и даже выбросить. Но это бы значило, что фетиши меня одолели. Мужику не пристала такая сентиментальность. Другое дело, пианисту. Запутался. Резинку не отдам. Наверняка, у неё есть ещё. Потеря одной не доведёт её до слёз. А если и доведёт…

В воскресенье вечером поехал на Таврическую. Не к подруге, упаси боже. Просто колесил по улице. Будто по ночам тут выпадают с тротуаров симпатичные туристки. Время от времени.

* * *В понедельник с утра снова повалил снег. Много. Я надел куртку с капюшоном, веткой счищал с машины ледяную кашу. В начале зимы куда-то пропадают щётки и скребки. Кто-то их жрёт. Купить новые раньше января никогда не выходило. Поэтому до Нового года ходим в мокрых перчатках.

В снегопад проезды Васильевского острова превращаются в стоячую выставку всемирного автопрома.

Объезжал пробку, свернул на десятую линию и увидел нарядную вывеску на умытом доме: «Консульство Латвийской республики». Даже если бы по радио сказали вскользь «Западная Двина» или «Рижский вокзал», мне бы и это показалось Небесным Знаком. А тут целое консульство. Было ясно, надо штурмовать. В субботу будет Новый год, потом выходные. Целых десять дней. И я знаю, где проведу их.