Ева. Зов полуночи

Захотелось разрыдаться, я со злостью ударила по ней ладонью и растянулась на полу. Накатило дикое опустошение. Что там с Алексом? Неужели эти гады его сбили?

По вискам скатились слезы.

Мне нужно отсюда выбраться! Сейчас, только секундочку еще полежу, приду в себя и встану.

Дверь в фургон внезапно дернулась, а потом ее практически вырвали. Я вздрогнула и попыталась встать.

— Ева?! — услышала я хриплый, ставший почти неузнаваемым голос. — Ева… Живая, — надо мной навис Алекс и дрожащей рукой убрал с лица волосы.

— Живая, — простонала я.

— Ты как?! Где болит?! — он водил надо мной руками, но боялся дотронуться.

— Везде болит, — пожаловалась я, испытывая колоссальное облегчение, — но вроде ничего не сломано.

Алекс на мгновение прикрыл глаза, а потом взял меня на руки и прижал к себе. Вынес из фургона. Пока шли, я разговаривала с ним, спрашивала, почему он стоял на дороге, заглядывала ему в глаза, трогала его лицо, плечи, торс, удостоверяясь, что с ним все в порядке, и не могла прекратить этого делать.

Меня потряхивало от пережитого. Я не верила, что все закончилось. И когда он хотел усадить меня в машину Захара, не выдержала, обняла парня и расплакалась. Осознание произошедшего накатило волной. Я цеплялась за него, некрасиво шмыгала носом, всхлипывала, прижималась к его голой груди, вдыхала запах, который дарил спокойствие и уверенность, и не могла поверить, что все закончилось.

Он крепко прижал меня к себе, и я слышала, как громко и часто бьется его сердце.

— Как она? — появился рядом Захар.

— Нормально. Вроде ничего не сломала.

— Слава предкам, — облегченно произнес друг.

— Ты проверил тех, что на переднем сиденье?

— Да, они без сознания. Я связал их и забрал оружие.

— А сам-то где свой пистолет взял? Оказывается, ты неплохо стреляешь.

— Должны же у меня быть свои секреты, — усмехнулся Зах, но потом все же ответил. — У отца ненадолго позаимствовал.

Я прислушивалась к их разговору и потихоньку успокаивалась.

— Хорошо. Там наших не видно?

— Вроде нет, сейчас гляну.

А ты бы пока оделся, что ли. Возьми в багажнике что-нибудь. — И хмыкнул: — Ев, я смотрю, тебе понравилось к голому парню прижиматься…

Я всхлипнула последний раз и опустила взгляд на голую грудь Алекса.

— О-о-ой, — покраснела и порадовалась, что на дворе ночь.

— Прости, не хотел тратить время на одевание после оборота, — усадил меня на переднее сиденье и подбадривающе улыбнулся, — в бардачке должны быть салфетки. — Я икнула.