И я на тебя осерчаю… Он покивал добродушно:
– Больше, чем сейчас, вы не будете сердитым… – Ну гляди, тебе жить! Хочешь, закажу тебе чечевичного супа, очень, говорят, любимое блюдо в вашем народе? Магнуст снисходительно улыбнулся:
– И это угощение я не могу принять от вас, дорогой папа. Я не сомневаюсь в вашей мудрости Иакова, но уверяю я не красный Исав. Мы вообще не едим чечевицу… – Кто это «мы»? быстро поинтересовался я. Магнуст смотрел на меня мягко, добродушно-задумчиво. -Мы? переспросил он, неопределенно помахал рукой.
Те, для кого каждый родившийся первороден, и потому жизнь его священна, неповторима и неприкосновенна. -Я это слышал уже где-то, когда-то я уже слышал эти слова. -И много вас, таких? -Вы хотите знать, трудно ли вам будет справиться? Я пожал плечами, а Магнуст подмигнул мне заговорщицки, почти товарищески:
– Много. Достаточно много. И вам не справиться. -Ох, сынок, что это ты меня все пужасшь, в угол загнать стараешься? Ты меня, похоже, за кого-то другого принимаешь! Магнуст покачал головой и упер в меня мягкий, задумчиво-внимательный взгляд удава, а я с отвращением ощутил, как быстро удлиняются, растут мои уши, наливаются кровью глаза и переполняет меня рабья инсультная неподвижность, жестокая связанность чужой волей.
-Нет, я не ошибся. Вы -это вы. И вы даже лучше, дорогой папа, чем я вас представлял по рассказам.
– Вот и вижу я, Магнустик, что чересчур много рассказов ты обо мне наслушался.
– Это правда. Много. Вот столько… – и раздвинул большой и указательный пальцы сантиметров на пять, будто держал между ними сигаретную пачку или стакан.
Или папку уголовного дела.
– Брось, сынок, не слушай глупостей – мы же с тобой интеллигентные люди!
– Нет! – засмеялся Магнуст и снова замотал башкой:
– Вы – нет, дорогой папа…
– Это почему еще? – вздыбился я.
– Потому что русские интеллигенты – это плохо образованные люди, которые сострадают народу. А вы – уважаемый профессор, следовательно, человек, хорошо образованный. И народу не сострадаете.
Он, еврейская морда, откровенно смеялся надо мной. Ладно, раз пока не удается атака, то и я посмеюсь. Он же сразу понял, что я небывалый весельчак. И доверительно хлопнул его по плечу, а ощущение осталось такое, будто ладонью о косяк рубанул. – Льстишь ты мне, чертушка! Какое уж там образование – по ночам между работой и сном научные премудрости постигал! Как говорят – на медные деньги учился.
– Надеюсь, не переплатили? – сочувственно спросил Магнуст.
