Эволюция «Андромеды»

Если бы штамм AS‐2 заразил вертолет, к настоящему моменту жизненно важные части двигателя были бы разрушены. Все они упали бы в джунгли и погибли бы среди металла и грязи, как и тот несчастный пилот истребителя, что пролетал над Пидмонтом после первого контакта. Или как «Андрос‐5», рухнувший 17 февраля 1967 года. Его теплозащитный экран из вольфрама и пластика превратился в стерильную пыль.

Уверенный, что огненная смерть не настигнет в ближайшие несколько секунд, Стоун повернулся к простирающимся за окном джунглям.

Километры охраняемой государством территории относились к землям коренных народов. Джеймс Стоун задался вопросом, было ли информировано о миссии правительство Бразилии.

Неожиданно внимание ученого привлекла струйка красного дыма, вздымающаяся от берега реки. На клочке земли стояла недавно построенная небольшая малока, окруженная поломанной растительностью и поваленными деревьями.

Все это напоминало шрам, сигаретный ожог на лице девственных джунглей.

Однако для пилота поляна стала единственной возможной посадочной площадкой.

Пролетев мимо, он развернул «птицу», чтобы сделать круг, осмотреть местность и предупредить людей о предстоящей посадке.

Между двумя пилотами раздался невнятный, но испуганный диалог. Три секунды спустя вертолет пошел на снижение.

На горизонте виднелась едва различимая аномалия. Но не только она привлекла внимание Стоуна. В нескольких милях от них среди верхушек деревьев показалось что-то еще.

– Подождите! – крикнул он в переговорное устройство.

 – Что это было?

В ответ вертолет лишь быстрее терял высоту.

– Пора! – закричал первый пилот в сторону Стоуна.

Напарник тотчас забрался в кабину, протянул руку через колени ученого и бесцеремонно открыл дверь. Стоун, отпрянув, увидел, что они находились на высоте в сто футов, и под грохочущими винтами дрожали кроны деревьев, наполняя кабину потоком влажного воздуха.

Вытянув шею, Стоун в последний раз уловил в отдалении загадочную сцену.

«Сикорский» опустился ниже крон и через мгновение приземлился на рыжую грязь.

Как только вертолет замер, пилот покинул кабину и присоединился к напарнику, торопясь выгрузить багаж. Оба они, игнорируя американца, говорили друг с другом на португальском языке, перекрикивая работающие двигатели и вращающиеся винты.

Стоун так и не понял, что он недавно увидел.

Ему почудилась волна тьмы, охватившая дерево, и рой черных фигур, бьющихся под зеленой листвой.

– Сеньор! – крикнул Стоун над шумом винтов.