Эволюция «Андромеды»

Ночной прицел по-прежнему проецировал на бицепс зеленый круг света.

– Бринк, – прошептала Пенг.

Приближаясь к спине сержанта, Пенг протянула палец, однако в последний момент остановилась – что-то было не так. Он выглядел слишком неестественно.

Перед ней стоял не Эдуардо Бринк. Не совсем он.

Пенг старалась сдержать волнение. Ей вдруг показалось, что она превратилась в маленькую девочку, чьи родители уехали по делам Народной освободительной армии Китая, оставив ее наедине с неизвестными правилами и последствиями. Она научилась ограждать себя от всепоглощающих чувств и рассматривать мир как игру.

Именно умение справляться с тревогами превратило Пенг в хладнокровного, последовательного человека.

Она умела бороться и никогда не проигрывать.

Контролируя дыхание, Пенг Ву осторожно отступила и оглянулась по сторонам. Она все еще была одна.

Медленно она обошла Бринка.

Покойник по-прежнему улыбался, а глаза его затуманились серыми, похожими на металл пятнами. Видимо, Бринк прислонился к дереву, чтобы отдышаться, но затем каким-то непонятным образом застыл навечно.

Коричневая рубашка на широких плечах была разорвана, и оттуда проглядывала небольшая рваная рана, частично скрытая в месте соприкосновения с пятнистой корой каучукового дерева.

И хотя тело обмякло, что-то удерживало его в вертикальном положении.

За столь короткий миг Пенг Ву поняла, что касаться тела нельзя. Вместо этого она поспешно расстегнула внутренние карманы сумки Бринка. Будучи солдатом, она знала, что в этом отсеке спецназовцы хранили памятные вещи, карты и текущие заметки.

Среди личных вещей Пенг обнаружила небольшой водонепроницаемый пакет с надписью:

Развязав мешочек, она вытащила оттуда черный пластиковый контейнер размером с зажигалку. Внутри защитного чехла находился флакон с неприятного вида янтарной жидкостью. Пенг Ву узнала нервно-паралитическое отравляющее вещество.

На стеклянном флаконе стояло кодовое слово: ОМЕГА. Последняя буква греческого алфавита, обозначающая конец всего.

Растущее недоверие между Пенг Ву и остальной частью команды в одночасье переродилось в полномасштабную паранойю.

За несколько оставшихся секунд она приняла непростые решения. Неясно, кто из коллег-ученых вызывал у нее доверие – если такой вообще был.

Когда позже утром остальные члены команды нашли и обыскали улыбающийся труп Бринка, флакона при нем уже не оказалось.

– Мы столкнулись с простыми людьми. С коренным народом, – мрачным голосом констатировал Гарольд Одиамбо. – Они тоже стали жертвами.