— А почему вы решили так поздно приехать в «Принцессу»? Вы разве не знаете, что по ночам нельзя навещать гостей этого отеля?
— Я не знал и очень беспокоился за своего друга, услышав, что здесь произошло убийство.
— От кого вы узнали об убийстве? — нахмурился допрашивающий его человек.
— По местному каналу телевидения, — пояснил Дронго.
Мужчина повернулся к одному из сопровождающих.
— Я предупреждал, чтобы ничего не говорили журналистам, — жестко напомнил он, — вы не умеете нормально работать. Они уже передали эти сведения по телевизору.
— Извините, — вмешался Дронго, — вы можете говорить со мной по-турецки. Я машинально отвечал вам по-английски.
Мужчина взглянул на него.
— У вас не местный акцент, — сказал он. — Откуда вы прилетели?
— Из Баку."
"— Ясно. Я Джемал Азиз, начальник местной полиции.
— Знаю, — улыбнулся Дронго, — о вас мне рассказывал мой друг, генерал Татаренко. Я из-за него сюда приехал так поздно. Он был у меня в гостях вместе с женой, а потом я вызвал такси, и он уехал в «Принцессу».
Когда в одиннадцать часов вечера я услышал про убийство в отеле, то сразу стал волноваться и попытался ему перезвонить. Его телефон был отключен. Тогда я начал звонить в отель, но телефон в его номере тоже не отвечал. И я решил туда приехать, но бдительная охрана отеля меня не пустила. Пришлось возвращаться.
— У нас строгие правила, — сказал кто-то из сопровождавших Джемала Азиза.
— И плохие дороги, — добавил начальник полиции. — Каждый из вас думает только о том, как благоустроить свою территорию.
Что будет с дорогой, по которой к вам едут, никого из вас особенно не волнует.
— Это дело местных властей, — попытался оправдаться, очевидно, менеджер отеля.
— Это наше общее дело, — возразил начальник полиции. — Я сейчас найду пашу Татаренко и попрошу его прийти к вам, — сказал он, обращаясь к Дронго, — в конце концов, вы пострадали именно из-за своего друга. Это даже благородно с вашей стороны.
«Пашой» турки называли генералов. Дронго улыбнулся.
— Извините, что не могу подняться, — пробормотал он, — я был рад с вами познакомиться.
— Я тоже, — Джемал Азиз протянул ему руку, — надеюсь, что у вас нет никаких серьезных переломов. До свидания.
Он повернулся и пошел к выходу. За ним поспешили остальные.
— Он такой строгий начальник полиции, — пробормотал врач, оставшийся с Дронго. Врачу было лет пятьдесят. Это был мужчина с редкими волосами на покатом черепе и немного выпученными глазами. Но дело свое он знал отлично.
