Фактор страха

Дай он показания в Берлине, суд мог принять решение о выдаче Чиряева. А Чиряев мог бы предоставить нам информацию об Ахметове.

— Он еще сидит?

— Сидит. Генеральный прокурор продлил срок следствия. Но если мы не предъявим ему обвинений до первого июня, придется его отпустить. Вы же знаете, у него адвокат сам Давид Бергман.

— Помню, — кивнул Дронго, — что думаете делать?

— Не знаю, — мрачно ответил Романенко, — мы потеряли главного свидетеля. Боюсь, берлинский суд теперь не примет решения о выдаче Чиряева.

И в конечном итоге мы потеряем гораздо больше. Без свидетельских показаний Истребителя Чиряева мы рискуем оказаться на мели. Бергман опытный адвокат и добьется освобождения Ахметова.

Помолчав, он добавил:

— Если даже мы найдем того, кто навел на Труфилова убийцу, все равно ничего не докажем. Если честно, мне и искать-то его не хочется. Ведь о поездке Труфилова в Берлин знали только эти пятеро. И я их не просто знаю. А уважаю, ценю, считаю порядочными. Представляете, что значит для меня в мои годы вдруг узнать, что работал с подонком.

Не могу даже представить, кто из них решился на такое?

— Утечка могла быть случайной?

— Не могла, — твердо ответил Романенко, — мы только вчера взяли билеты в Берлин. Ждали звонка из нашего посольства в Берлине. Посольство пока не целиком переехало в Берлин. Большая часть сотрудников еще в Бонне, но офицер ФСБ, отвечавший за прием Труфилова, должен был ждать в Берлине.

— Возможно, именно оттуда и прошла утечка информации, — предположил Дронго.

— Вполне возможно, — кивнул Романенко, — я почти убежден, что мои люди вне подозрений.

— Не получается, — вдруг сказал Дронго, — не получается. Из Берлина убийцы не могли получить никакой информации.

— Почему? Они знали о нашем рейсе. Должны были встречать самолет в берлинском аэропорту.

— Они знали, что Труфилова проведут через зал для официальных делегаций?"

"— Нет, — растерянно ответил Романенко, — мы только вчера вечером передали заявку.

Через нашего начальника отдела.

— Он знал номер рейса?

— Нет. Только передал заявку. Согласился ее подписать, даже не поинтересовавшись номером рейса. Просто подписал бланк, и все. Вы же знаете, сюда нельзя попасть без заявки.

— Тогда берлинский вариант отпадает. Но утечка, возможно, произошла отсюда. Они могли получить данные из депутатской комнаты. Но вы говорите, что передали заявку вчера вечером. Вряд ли убийцы стали бы спокойно ждать.