— Белозар Вышемский, старший из сыновей князя Владислава, — все-таки представился оборотень. Карие глаза рыси остановились на наших с Ником сцепленных руках. Недовольство отразилось на лице мужчины и направлено оно было исключительно на Мура. — Я бы настоятельно советовал не липнуть к невесте моего брата. Причем сделать это надо немедленно, я повторять не люблю.
От этих слов сердце ухнуло куда-то в районе пяток и стало не по себе. Ах, вот как?! Все уже за меня решили?!
— Эви, ты дала согласие? — прозвучал спокойный голос Николаса.
И сказано все было таким убийственным тоном, что вся команда поняла — Мур непросто расстроен или зол. Пантера в бешенстве.
Все замерли, ожидая моего то ли пояснения, то ли оправдания. Мне скрывать нечего, будьте готовы услышать правду как есть.
— Нет, — ответила я в звенящей тишине. Для тех, кто надел горшок на голову и не осознал моего решения, пришлось повторить. — Я не давала своего согласия на этот брак. К вашему сведению, на помолвку тоже.
— Брат опередил события? — хищно ухмыльнулся рысь.
— Впрочем, это не имеет значения. Никто не вправе касаться его добычи.
Я? Добыча?! Как заяц в лесу или даже лось?
— А ничего, что я человек, который не желает, чтобы его кто-то там добывал? Я сама решаю с кем остаться. И мы с ним, — ткнула пальцем свободной руки в Ника.
К слову сказать, пар из ушей Мура не шел, но в глазах появилась ярость. Убийственная. Словно анимаг хотел придушить наглого оборотня, а я стою, нервно жму руку и призываю дать мне слово.
— Леди, — рысь прищурился. — Не хочу задеть и заранее прошу прощения, но от вас за версту разит девственницей. Так что племянник императора вам точно не близкий друг, как вы пытаетесь здесь представить.
— Ошибаешься. Эвелина моя и только, — процедил сквозь зубы Ник. Он отпустил мою руку и шагнул навстречу наглому оборотню...
Теперь уже я не желала отставать от Мура. Схватила парня за рукав, а Руперты подскочили, образуя со своим предводителем стену.
— С-студенты, — скривился оборотень с гаденькой ухмылочкой.
Поведение наших парней его только развеселило. — Увидимся за ужином.
Вышемский ушел с полным осознанием, что победил. Вроде как пробежался с флагом в счет поддержки брата, посмотрел на жертву выбора своей больной семейки.
А я обняла Ника за талию, прижалась к его груди. Руки парня тут же легли на мои плечи. Николас был напряжен как пружина, словно тронь его и кинется вслед. Вспыхнет, будто сухой порох.
