Яркие стрелки на веках указывали всем, где у девицы глаза, а безумно алая помада не давала промахнуться со ртом. Эффектно.
— Привет, — бросил нам Мур, усаживаясь сам и двигая стул Миле.
— Сколько много вас с приветом ходит, — произнесла я, глядя, как вся компания свободно рассаживается.
Это упорное желание разделять с нами завтраки и ужины настораживала. Мало того, что парни на уроках сидели позади нас, так еще тут решили не теряться.
— А где ваши скучные мальчики? — произнесла Мила, стрельнув по Николасу многозначительным взглядом.
Мне не понравились ее слова, и то, с какой легкостью она бросается обвинениями. Нам компания Марка с Артом очень даже подошла.
— Тебя завидели и решили не портить аппетит, — злобно выпалила Иза.
— Мальчики приходят в себя после того, как мы весело погуляли после кабачка,
— поддержала я подругу.
— Мила, съешь чего-нибудь, — произнес Мур. Его зеленые глаза полоснули по мне непривычно холодно. Но разве меня этим пронять? Видел бы он взгляд моей матушки, когда я возражала насчет Куххара.
— Заткни себе рот очередным пирожком! — добавила Гарет.
Ей стало обидно за брата, и я ее понимала. Мне самой было без разницы, где сейчас находятся парни. А еще Дик с интересом наблюдал за перепалкой и это наверняка заводило девушку, не ожидавшую такого столкновения.
— Слушай ты...— оборотница подскочила, но рука Мура дернула её на место.
— Сядь, — сказал, как припечатал родственник императора.
Слова Николаса прозвучали как увесистые камни и девушка рухнула на стул как подкошенная.
Она молча сложила руки на груди и надула губы в знак протеста.
И вот зачем они приперлись за наш стол?
На мой аппетит не повлияло даже то, что Мила убежала. Удивительно невоспитанная девушка. За стол её никто не звал, скандал сама устроила, так еще и обиделась на всех.
— Мур, мне тебя жалко, — честно призналась я, глядя на злющего парня. Прыщ решил сойти за умного и ничего не ответил.
Руперты сегодня в беседу друга благоразумно не вступали. Активно жевали, всячески молча поддерживая столичного прыща.
Подружки братьев сидели рядом и о чем-то перешептывались. Я даже заметила усмешку в глазах одной из них, когда Мила покинула нас. Высокие отношения, ничего не скажешь. И дружба столь крепкая, что не хотела бы я таких подруг за спиной.
Надо ли говорить, что завтрак запомнился стычкой и остывшим какао. Хорошо, что подогреть его я могла сама, всего лишь коснувшись рукой бокала.
— Она дура глупая, — сделала вывод Иза, едва мы покинули столовую.
