Однако ждать столько времени не пришлось. Одна из дверей открылась, и в кабинет вошла профессор Грендалин. На ней были пышное чёрное платье, перчатки до локтей и небольшая шляпка.
Мы задержали дыхание, притаившись словно мышки.
Грендалин растерянно осмотрела пустое помещение и, когда не нашла фигуры, которую ожидала увидеть, заметно нахмурилась.
— Вечно ценит своё время выше чужого, – фыркнула профессор, оперлась о преподавательский стол и решила подождать.
Мы ждали вместе с нашей тёмной леди. Прошла минута, вторая.
Пришлось всё-таки сделать пару тихих вдохов. Я не слышала мыслей Барбары, но уверена, она вместе со мной молилась, чтобы невидимость не спала раньше времени.
Вдруг наша истинная леди зашуршала своей пышной юбкой, раздвинула кучу ажурных складочек и достала откуда-то небольшой бутылёк. Тот быстро увеличился в её руках и теперь по размеру напоминал полноценную фляжку. Учитывая, с каким блаженным видом Грендалин отхлебнула содержимое, поморщилась, с улыбкой выдохнула и быстро запрятала бутылёк обратно, там и правда был не сок из здешних растений.
Забавно-забавно. Этакая утончённая леди, которая читает нам лекции об этике, осуждает за занятия спортом, ведь это недостойно правильной девушки здешнего общества… слегка выпивает на рабочем месте. Я еле сдержала смешок.
Стало ещё смешнее, когда в момент очередного шуршания юбок в кабинете неожиданно появилась леди Купрье. На ней было довольно строгое невычурное платье небесно-голубого цвета. На шее главы академии висел кулон, камень в котором как раз перестал светиться.
Видимо, переместилась с его помощью.
Профессор от такой неожиданности оторопела и еле успела в панике поправить юбку. Из-за чего словила на себе вопросительный взгляд начальницы.
— Ты меня звала? – быстро спросила Грендалин, дабы не посыпались неловкие вопросы.
— Что? – седая тонкая бровь поползла вверх. – Мне сообщили, что это ты хочешь поговорить со мной наедине. И если честно, я не представляю, что такого важного могло случиться, чтобы выдергивать меня от наших гостей.
— Но… я… не понимаю…
Тут мы с Барбарой решили, что пора действовать. Я услышала шелест, с которым развязывается мешочек. Тут же и сама потянула за ленту на своём. На руки посыпался порошок, который был столь легким, словно фейская пыльца. Мы почти одновременно подкрались поближе, и не успели великие дамы академии услышать чужие шаги, как в их сторону уже полетела усыпляющая пыль. При этом нам с Барбарой пришлось задержать дыхание.
