"
"— Давайте договоримся, что для основных тяжёлых ремонтных работ вы наймёте мага, а остальное мы сделаем сами.
— Дорого-дорого, – как-то даже скучающе отозвалась леди.
Ну ладно. У меня в рукаве на этот случай был ещё один туз.
— Если брать только выделяемые вами средства – да. Однако теперь на красном факультете королевская дочь. Мои родители согласны сделать несколько больших взносов. Но вы должны обещать, что всё до копейки уйдёт на красный факультет. За Лили, естественно, плата будет вноситься отдельно, как и всегда.
Купрье нахмурилась. Ей словно бы не нравилось, что я находила выход из ситуации, которую она уже прикрыла своим клеймом «дорого».
— Ладно. Это звучит приемлемо.
Леди и так не говорила, а, скорее, недовольно скрипела, однако пора было её добить…
— И этим буфетом будет управлять не Мабау, а Барбара. Нам нужна лишь помощь в закупке продуктов. Остальное красный факультет возьмёт на себя.
— Что? – лицо Купрье окончательно перекосилось от негодования. – И как ты прикажешь мне контролировать там порции?
— Никак, – я широко улыбнулась.
– Наш буфет будет местом, где не действуют талоны на еду. Мы будем реализовывать продукцию там двумя способами. Первый, конечно, за деньги. В любом случае, родители обеспечивают своих дочерей какими-то средствами. Второй – за работу на благо факультета. Например, тот же ремонт.
Говорила и понимала, что звучит почти как коммунизм. Хочешь вкусно покушать? Поработай.
Леди вдруг засмеялась. И было в этом смехе нечто весьма издевательское.
— Вы же там все растолстеете на пирожках Барбары.
Ни один мужчина не посмотрит.
— Давайте честно, вы и так думаете, что на девушек с красного факультета «никто не посмотрит». В наш буфет мы будем пускать только студенток в красном и мужчин, если вдруг они захотят у нас перекусить. Так что ваши тонкие талии с голубого и зелёного факультета никуда не денутся. Контролируйте их на здоровье.
Леди мотнула головой, смотря на меня с издевательской улыбкой и непониманием в глазах.
— Что с тобой стало, Хелен? Я словно смотрю на другого человека.
Несмотря на все её комментарии и ужимки, я не теряла лица и продолжала дипломатично вести эти жуткие переговоры.
— Трагедии меняют людей, леди Купрье. Ну так что? Мы договорились?
— На этом список твоих требований наконец подошёл к концу?
— Да.
«По крайней мере, пока что», – добавила я уже мысленно.
— Пятьдесят процентов прибыли идёт академии, – сухо отозвалась Купрье.
— Сорок. Всё-таки мы не требуем от вас даже рабочей силы.
